Книга Последняя станция — море, страница 135 – Алисия Роуден

— А потом понял, что по ней ходят не обычные поезда, — сказала Вера.

— Да. Первый состав появился в ночь на четырнадцатое октября. В ведомости не было ни машиниста, ни пассажиров. Но когда отец вошёл в вагон, там сидели люди. Некоторые выглядели обычными. Другие казались… не совсем настоящими. Они рассказывали о местах, которых не существовало, и людях, которые исчезли много лет назад.

— И Михаил сел в поезд?

Андрей посмотрел на мальчика.

— Он вошёл первым. Отец пытался остановить его, но двери закрылись. Когда состав ушёл, на платформе остался только билет.

Михаил опустил голову.

— Я не хотел уезжать, — сказал он. — Я думал, что просто посмотрю, что внутри. Мне было любопытно. Я знал, что поезд не должен ходить по этой ветке, и хотел узнать почему.

— Ты пытался вернуться? — спросила Вера.

— Сначала да. Потом перестал.

— Почему?

Михаил посмотрел на неё.

— Потому что понял, что поезд не увозит людей. Он удерживает то, что они не могут оставить.

Вера вспомнила всех, кого встретила на линии. Лиду, которая искала брата. Людей на станции без маршрутов. Старика с электрическим фонарём. Женщину с ребёнком. Они не просто ждали поезд — они ждали возможности закончить то, что осталось незавершённым.

— А мой дедушка? — спросила она. — Что с ним случилось?

Андрей провёл рукой по волосам.

— Он пытался вернуть Михаила. Сначала искал его в тоннеле, потом на других станциях. Он нашёл способ войти на линию и оставаться там, не теряя память. Но для этого ему пришлось отказаться от возвращения. Он думал, что сможет найти мальчика и вывести его домой.

— Но не смог.

— Нет.

Михаил поднял голову.

— Он нашёл меня. Несколько раз. Но каждый раз, когда он приближался, поезд менял маршрут. Я видел его на станциях, разговаривал с ним, иногда даже садился рядом. Но как только он пытался вывести меня, я исчезал. А он возвращался туда, откуда пришёл.

— Почему?

Михаил пожал плечами.

— Потому что он хотел вернуть меня таким, каким я был до исчезновения. А я уже не был тем мальчиком. Я помнил слишком много чужих воспоминаний. Иногда мне казалось, что я прожил несколько жизней. Иногда я забывал собственное имя. И чем сильнее дедушка пытался вернуть меня, тем меньше я понимал, кто я такой.

Вера почувствовала, как в груди стало тесно.

— Значит, он оставался на линии, чтобы спасти тебя.

— Да.

— А ты не хотел, чтобы он оставался?

Михаил посмотрел на неё.

— Я хотел, чтобы он перестал считать меня своей ошибкой.

Андрей отвернулся.

Вера поняла, что отец слышит в этих словах не только историю Михаила. Он слышит собственную жизнь — все годы, которые провёл на линии, пытаясь исправить то, что случилось с детьми.

— Почему ты не ушёл с ним? — спросила она.

— Потому что не мог. Чтобы выйти, мне нужно было вернуть билет. Но билет не принадлежал мне. Он принадлежал человеку, который должен был принять решение за меня.

Михаил протянул билет Вере.

— Тебе.

Она посмотрела на серый картон.

— Почему мне?

— Потому что ты уже однажды решила, что я должен остаться.

Вера почувствовала, как у неё дрогнули колени.

— Я не помню этого.

— Знаю.

— Я не могла принять такое решение. Я даже не знала тебя.

— Ты знала меня раньше, чем смогла вспомнить.

Он протянул билет ещё ближе.

— Ты пришла на линию не для того, чтобы найти отца. Ты пришла, чтобы закончить то, что начала до своего рождения.