Книга Клуб четырёх теней, страница 38 – Валери Рэм

Внутри все похолодело, Марк под тусклым светом архивных ламп начинает промаргиваться, думая, что сходит с ума. Но «пятно» не исчезает. Кажется, что оно становится только ярче и ярче.

Марк видит еще одну фотографию Борового моста, уже начала двадцатого века. Он теперь знает, что нужно найти. Фигуру в черном.

И снова она. Стоит среди людей и смотрит прямо на Марка, прожигая душу. А люди будто и не замечают ее, счастливо машут рукой на камеру или проходят мимо.

Скрип.

Марк оборачивается на шум, но в зале пусто. Он нутром чувствует, что за ним кто-то следит. Холодок пробегает по коже. Волосы встают дыбом, тело покрывается мурашками.

Марк подносит пальцы к подбородку, задумываясь. Но внутри бушуют противоречивые эмоции. Эта фигура привязана к конкретному мосту или к нескольким?

Марк просит архивариуса найти еще документы, в которых запечатлены фотографии мостов Петербурга.

Когда мужчина принес все необходимое, Марк практически выхватил из его рук коробку и дрожащими руками разложил фото на столе.

Дворцовый мост. 1916 год.

Фотография уже выглядит четче, чему Марк, несомненно, рад. Но после восторга на смену приходит страх.

Снова фигура в черном. Стоит поодаль, будто наблюдая за проезжающими мимо каретами и автомобилями. А лица людей на ней как будто выглядят еще бледнее.

Марк чувствует могильный холод. Он забирается под пиджак. Взгляд расплывается от нахлынувшего шока и Марку уже кажется, что фигура поворачивает голову в его сторону. Он отбрасывает фотографию, тяжело дыша.

Позднее Марк находит еще фотографии мостов: Ново-Каменного, Ипподромного, Большого Конюшенного, Поцелуева.

И везде Марк видит черное пятно.

На столе уже собралась гора из документов и снимков, но Марк не хочет останавливаться. Он делает копии, чтобы взять их с собой и еще раз их пересмотреть.

Он встает из-за стола, и одна из архивный фотографий падает на пол. Когда он ее поднимает, то замечает, что черная фигура как будто стала ближе к нему.

Марк выходит из архива, оглядываясь. Ему кажется, что его кто-то преследует. Ветер завывает, шепчет что-то Марку на ухо. Он отмахивается и идет к машине.

Дверь с треском захлопывается. Марк кладет руки на руль и делает глубокий вдох. Он заводит машину и глядит в зеркало заднего вида и отшатывается. В отражении на заднем сидении он видит фигуру в балахоне. Марк моргает и резко оборачивается.

Никого.

Он давит на газ.

По пути в офис, ему начинает названивать юрист. Марк лишь бросает взгляд на экран телефона, но трубку не поднимает.

Марку офисе всегда скучно. Он практически не просматривает бумаги, редко интересуется делами, но почему-то его постоянно тянет сюда. Наверное, из-за страха перед покойным отцом, или, быть может, из-за долга перед матерью. А еще Марк не хочет, чтобы все доставалось этому самонадеянному Самсонову.

Марк смотрит в окно, пока Самсонов беседует с подрядчиками. Его отвлек скворец, притаившийся на ветке дерева. Птица осознанно глядит на него сквозь стекло.

— Какой же ты самоуверенный!

И снова голос отца. Злой, надменный, глухой.

— Я не для того тебя растил, чтобы ты так себя вел!

Звуки битой посуды, удары кулаком о стену, крики.

— Ни одного квадратного метра фирмы ты не получишь!

И в итоге получил. Но это ноша, бремя. Марку кажется, что он не достоин отца, что он делает все не так. Но, по правде говоря, он и не хочет что-то предпринимать. Марк давно опустил руки.