Книга Да, мой король, страница 224 – Елена Михалёва

По слухам, Вилберт фон Лоренц передал королевской семье некие доказательства, указывающие на причастность Империи Квирет. Но публично этого так никто и не озвучил. Квиретцы не смели показать и носа. Их посол был учтив и подобострастен. Особенно в сравнении с послом Солверина, который в лепёшку готов был разбиться, чтобы поддержать Хальбургов. Военных столкновений и громких скандалов никто не желал.

Гоффмейстер занялся сменой малого совета. По согласованию с королевой, а также канцлером и маршалом, назначили новых адмирала, королевского сенешаля и обер-камергера из числа наиболее надёжных и проверенных людей.

Столица снова наполнилась аристократами всех сословий. Прибыли также и епископы. Заседание большого совета получилось столь многолюдным, что всех пришлось собрать в тронном зале, поставив рядами стулья и скамьи, как на театрализованном представлении. В первых рядах сидели главы духовенства в белоснежных одеяниях и главы малого совета. В зале можно было увидеть всех: от безутешной королевы-матери Матильды Хальбург до старшего Зоммерштерна, постаревшего и одряхлевшего отца королевы, которого ничто не остановило на пути к своим детям, даже злосчастная подагра. Здесь же присутствовала и герцогиня Изабелла фон Шенборн – стройная, как жердь и по-солверински сдержанная. Из всех неблизких родственников лишь ей Джования уделила особое внимание. Но на то имелась весьма веская причина.

В день заседания большого совета зачитывали завещание короля.

На пустом троне монарха сиротливо лежала корона.

Подле на троне королевы восседала Джования Августа Хальбург, затянутая в чёрный атлас и бархат. Её золотые волосы были уложены в тугую строгую причёску, увенчанную её любимой церемониальной короной с алыми рубинами. Но, безусловно, главным сокровищем оставался принц, которого она держала на руках.

Рядом с тронами стоял герцог Альберт Зоммерштерн. Именно он и зачитал собравшимся завещание почившего государя. С первого до последнего слова люди сидели, слушая с повышенным вниманием. Более всего, безусловно, дворян волновал вопрос престолонаследия и регентства при малолетнем принце Карле. Практически каждый полагал, что гоффмейстер назовёт именно своё имя, ибо все знали о том, сколь доверительными были их отношение в последнее время. Но завещание Вильгельма всех удивило.

— Законным наследником престола Атенлау признаю моего сына, Карла Вильгельма Хальбурга, – громко и торжественно зачитывал Альберт. – В случае моей смерти возлагаю заботу о нём на мою возлюбленную супругу, королеву Джованию Августу Хальбург. Предоставляю ей полное право присутствия на заседаниях малого совета. Королева также имеет право голоса и право наложения вето при решении любых внутренних и внешнеполитических вопросов. Коронацию принца Карла приказываю совершить сразу после моей смерти и оглашения данного завещания. До достижения им четырнадцатилетия и законной способности самостоятельно принимать решения на благо государства правящим регентом при нём назначаю герцога Хаймарского Ричарда фон Шенборна, как наиболее верного подданного короны. В случае моей смерти приказываю герцогу фон Шенборну незамедлительно возвратиться в Атенлау и приступить к исполнению своих обязанностей.

По залу пронёсся шёпот. Это заставило Джованию нахмуриться и жестом попросить брата прерваться.