Книга Да, мой король, страница 128 – Елена Михалёва

С этими словами он ушёл в ванную комнату и захлопнул за собой дверь.

Там Шенборн прятался около четверти часа, пока в дверь снова не постучал верный лакей.

— Мой король, он давно ушёл, – раздался голос Томаса. – Я сделал всё, как вы велели. И ещё распорядился, чтобы подали завтрак для вас.

Ричард вышел из ванной комнаты с твёрдым ощущением, что ему ужасно не по себе. И встретился с лакеем, который уже успел приготовить для него одежду.

— Спасибо, Том, – «король» глянул на столик, откуда исчезли все ножницы и бритвенные принадлежности. – А что с Клаусом? Джеберт сказал, что у него расстройство желудка.

— Больше похоже на отравление, – заметил паренёк. – Но ему уже лучше. Господин Гантер промыл ему желудок и дал какие-то капли. Через пару дней возвратится к работе, думаю.

Томас улыбнулся своему правителю.

— Не волнуйтесь, Ваше Величество. Герцога Зоммерштерна уже оповестили. Он сейчас ругается с герцогом Болдером. Давно я не видел никого, кто мог бы так запросто поставить последнего на место, – Томас усмехнулся, но тотчас, испугавшись собственной дерзости, склонился перед королём. – Прошу меня простить. Это было недостойно с моей стороны.

Ричард отмахнулся.

Отравление Клауса и внезапное появление Джеберта, который запросто мог раскрыть подлог, – всё это совпадало слишком удачно. И слишком прямо намекало на причастность Болдера, который, возможно, не хотел уступать власть Альберту. В любом случае, стоило поговорить о том с сами герцогом Зоммерштерном. А ещё рассказать про приход пьяной Лизбет и полные подозрения взгляды Фердинанда Хальбурга.

Граф фон Шенборн надеялся, что эта странная ситуация с цирюльником окажется главным потрясением дня. К несчастью, он не мог предположить, сколь сильно ошибался.

* * *

Поздним вечером раненого Альберта Зоммерштерна привезли во дворец. Доложивший об этом королю слуга знал лишь только, что на свиту герцога Дрейгенского напали по пути в Равенсбург. До тюрьмы они так и не доехали.

Спустя несколько минут Ричард, без короны и иных регалий, уже явился к нему.

Покои Альберта состояли из двух смежных комнат, пусть и довольно просторных и богато обставленных. Но стоило Шенборну переступить порог герцогской спальни, как в нос ударил сладковатый запах крови и медицинских припарок.

Четверо придворных врачей во главе с господином Гантером трудились, дабы спасти жизнь пострадавшему. Они коротко поклонились вошедшему монарху, но тотчас возвратились к своим делам.

Ричард же остановился в изножии кровати. Он выглядел хмурым и не на шутку злым.

Ему доводилось видеть совершенно разные раны. Он бывал на казнях и пытках. В юности сражался вместе с отцом, защищая границу Хаймарка от грабителей из Империи Квирет. Знал, какие ранения смертельны. И какие могут быть куда опаснее смерти. Страшное слово «гангрена» звучало куда хуже любого приговора. Лекарства от неё не было, но развиться она могла даже из плохо обработанного пореза.

Альберт лежал на постели среди окровавленных простыней и врачебного инструментария. Он казался мертвенно-бледным, но всё ещё пребывал в сознании. Одежду с него срезали и бросили рядом на пол бесформенной грязной кучей. Огромный тёмный синяк размером с блюдо растёкся на боку. Лицо покрывали ссадины. Правый глаз заплыл. Нижняя губа оказалась рассечена и распухла. Отекло и левое плечо, намекая на вывих или перелом. Но более всего пугали многочисленные порезы, самый глубокий и длинный из которых приходился на бедро.