Книга Изумруд для босса, страница 21 – Катерина Платонова

В своем безупречном летнем пиджаке, высокий, подтянутый и излучающий абсолютную уверенность, Виктор мягко положил руку на плечи Светы и собственническим жестом поцеловал её в макушку.

— Всё в порядке, родная? — спросил он, бросив на побледневшего Игоря один короткий, уничтожающий взгляд.

— Да, дорогой, всё отлично. Мы как раз собирались уходить, — нежно ответила Света, поднимаясь со стула.

Виктор бережно подхватил пакеты с детскими вещами, приобнял жену за талию, и они вместе с мамой и Ириной направились к выходу. Игорь так и остался стоять посреди ресторана — одинокий, раздавленный и уничтоженный собственной глупостью. Он понимал, что своими руками выбросил из жизни настоящую королеву, которая теперь подарит двойное счастье мужчине, в разы превосходящему его во всем.

А Светлана шла вперед, крепко держа Виктора за руку. Малыши внутри неё тихонько толкнулись, словно соглашаясь с тем, что жизнь наконец-то расставила всё по своим местам. Книга её прошлого была закрыта. Впереди была только любовь.

Виктор

Я проснулся за несколько минут до звонка будильника, который тут же отключил одним точным движением. В комнате царил мягкий, приглушенный полумрак июльского утра. В квартире было непривычно тихо.

Вчера вечером мои родители буквально силой утащили наших трехлетних близнецов, Михаила и Василису, к себе на дачу на все выходные. Отец авторитетно заявил, что парню пора учиться ловить рыбу, а мама щебетала о том, что устроит Лисёнку настоящую ягодную сказку. Я был им безумно благодарен. При всей моей безграничной любви к детям, нам со Светой был жизненно необходим этот глоток тишины. Время, принадлежащее только нам двоим.

Я повернулся на бок и замер, любуясь женщиной, которая три года назад перевернула мой мир и стала его центром. Света спала, уткнувшись носом в подушку. За эти годы она стала еще более притягательной. Её тело, подарившее мне двоих прекрасных малышей, сохранило свою роскошную, статную форму «песочных часов». Натянувшееся одеяло подчеркивало крутой изгиб её бедер и аппетитные женственные линии, в которых не было ни грамма лишнего — только чистая, манящая сексуальность. Роскошные русые волосы до поясницы разметались по шелковой простыни густыми, тяжелыми волнами.

Я не удержался. Медленно, едва касаясь, я провел кончиками пальцев по её обнаженному плечу, спускаясь ниже, к тонкой талии. На её безымянном пальце тускло блеснул изумруд в окружении бриллиантов.

Света тихо вздохнула, приоткрыла свои колдовские зеленые глаза и, заметив мой взгляд, сонно и так тепло улыбнулась.

— Доброе утро, любимый… — её голос, низкий и хриплый после сна, подействовал на меня как разряд тока.

— Доброе утро, моя королева, — выдохнул я, резко подаваясь вперед и накрывая её губы своими.

Этот поцелуй не был похож на те нежные, быстрые поцелуи, которыми мы обменивались по утрам, пока дети штурмовали нашу кровать. Сейчас, когда нам никто не мешал, в меня с новой силой ударила вся та дикая, головокружительная страсть, которую я копил к этой женщине годами. Я целовал её требовательно, глубоко, жадно, заставляя её тихо и сладко застонать мне прямо в губы.

Мои руки уверенно скользнули по её гладкой коже, сминая простыни и притягивая её горячее тело вплотную к своей груди. Света ответила на поцелуй с той же неистовой силой. Её пальцы мертвой хваткой впились в мои плечи, а длинные русые волосы шелковым коконом опутали нас обоих, отрезая от всего остального мира.

Каждое её движение, каждый прерывистый вздох и ответная ласка доказывали мне, что эта потрясающая женщина принадлежит мне целиком и полностью. Мы растворялись в этой утренней, безумной страсти, не думая о времени, о работе или о миллиардных контрактах. В этих объятиях я чувствовал себя самым сильным и самым счастливым мужчиной на земле.

Немного позже, когда солнце уже вовсю заливало спальню золотым светом, Света лежала у меня на груди, лениво выводя пальцем узоры на моем плече. Я перебирал её русые пряди, вдыхая родной запах лаванды, и понимал одну простую вещь. Три года назад я забрал её из приемной разбитой, запутавшейся и преданной. А сегодня она — счастливая мать, успешная женщина и моя горячо любимая жена, которая верит в себя и знает, что она выше любых стандартов.

Она — мой изумруд. Моя жизнь. И моё вечное, двойное счастье.