Книга Зимние Боги и Змеи, страница 335 – Венди Хейсс

— То была закуска, моя дахаара.

Она закатила прекрасные глаза и снова раздражённо застонала. Потом поцеловала два пальца и приложила их к моим губам. Всё тело залило теплом.

— Не хочу жалеть, что так и не подарила тебе хотя бы один поцелуй.

Я перехватил её руку и поцеловал каждый дюйм.

— Я тоже о многом жалею, Сноу. О непростительных вещах.

— Из-за твоего короля? Или потому что я всё ещё ибрис?

Её глаза распахнулись.

— Ради небес, только не говори, что в Адриате тебя ждёт жена с ребёнком на руках.

Последнее предположение заставило меня громко рассмеяться, но она сузила глаза, словно всерьёз сомневалась и требовала отрицания.

— Ни жены, ни ребёнка, ни любовницы. Дело не в тебе, сердце моё. Эгоистом здесь всегда был я…

Двери спальни распахнулись. Пен вошла как ни в чём не бывало, нагруженная несколькими платьями.

Сноу раздражённо вздохнула.

— Пен, ради Нубила, стучи! А если бы ты застала нас голыми? Ещё и в компрометирующем положении?

Моя драматичная темноволосая беда ни капли не изменилась.

Пен подняла подбородок.

— Вас голой я уже видела, а его голым в вашей комнате обнаружить точно не должна. Тем более в компрометирующем положении. Разве не так, оборванная принцесса? — фыркнула она и направилась в гардеробную.

Сноу закрыла лицо руками и застонала. Я трясся от смеха над обеими.

— Эта девчонка разжигает во мне пожар.

— Не злись. Ты фактически вырастила вторую себя. Виновата сама.

— Она согласилась поехать со мной.

— Я так и думал.

Они сильно сблизились. Пенелопа видела в Сноу старшую сестру, поэтому её решение было ожидаемым. Я и сам сомневался, что Сноу позволит адриатийской служанке даже прикоснуться к себе, не говоря уже о том, чтобы одевать.

— Останься, — попросила она. — Останься сегодня. Просто обними. Или стой в углу, если не хочешь быть рядом. Хотя нет… лучше обними, пожалуйста.

Я начал расстёгивать куртку. Её глаза загорелись, а улыбка едва не вырвалась наружу. Сноу откинула одеяло. Я лёг рядом и заключил её в объятия.

— Будешь вести себя хорошо, маленький зверёк. Иначе приведу Нию в качестве надзирателя.

Она нахмурилась.

— Ния станет ужасным надзирателем.

— Тогда Малика и Кайдена.

— Мечта каждой девушки.

Я опустил руку и шлёпнул её по заднице. Она вскрикнула.

— Ещё раз скажешь нечто подобное, и я убью обоих.

— Я не закончила, — сказала она и поцеловала меня в шею. — Мечта этой девушки уже лежит в кровати. Хотелось бы, чтобы она длилась дольше. Этой девушке нравится сон.

Я поцеловал её в лоб и крепче прижал к себе.

— Мечта этого мальчика тоже лежит в кровати. Возможно, он никогда не захочет просыпаться.

Она замолчала, уткнувшись лицом в изгиб плеча. Держать её и правда было подобно сну. Я хотел обнимать вечно. Просыпаться с ней в руках и засыпать, пока она всё ещё лежит там. Чувствовать шёлковую кожу и маленькие прикосновения, отзывавшиеся в каждой части тела. Как можно хотеть другого человека настолько сильно?

Пенелопа вернулась и подозрительно нас оглядела.

— У меня всё ещё хранится лист с вашим именем. Оно зачёркнуто столько раз, что почти напоминает проклятие, которое ремесленники рисуют на песке.

Сноу напряглась в моих объятиях и медленно подняла на меня глаза.

— Понятия не имею, о чём она говорит.

Я рассмеялся. Тогда это тоже показалось забавным.