Книга Собственность боевого дракона. Я не твоя вещь!, страница 31 – Адриана Вайс

— Твой дракон что, у нас прописался? — недовольно ворчит Нора, сбрасывая одеяло. Она собирает сумку, раздраженно гремя баночками с косметикой. — Лучше бы Тесса вернулась. Второй день дурынды не видно. С кем она там загуляла?

Меня словно бьют под дых. Чувство вины вонзается в грудь раскаленной иглой.

— Она... скоро вернется, — отбрехиваюсь я, пряча глаза, чтобы Нора не заметила моей лжи. — Иди на лекции, Нора. Не опоздай.

Она фыркает, закатывает глаза и, наконец, хлопает дверью, оставляя нас одних.

Я с трудом заставляю себя подняться.

Включаю маленький нагревательный артефакт, завариваю две чашки крепкого кофе и подхожу к Каэлу. Он даже не оборачивается, продолжая сверлить взглядом внутренний двор Академии.

— Возьми, — тихо говорю я, протягивая ему горячую кружку.

Он поворачивается, коротко кивает и тянется за кофе. На какую-то долю секунды наши пальцы соприкасаются.

Каэл резко, почти судорожно вздрагивает. Его рука дергается назад так быстро, что часть кофе выплескивается на блюдце. Он прячет правую руку за спину, будто опасаясь что я что-то замечу.

Для любого другого это показалось бы просто неловкостью. Но для артефактора, чей взгляд натренирован замечать малейшие отклонения от нормы, это сигнал тревоги.

— Что с рукой? — мгновенно подбираюсь я.

— Ничего, — ровным тоном отзывается Каэл, отставляя чашку на подоконник левой рукой. Режим «ледяного командира» активирован.

— Покажи.

— Блум, пей свой кофе. Нам скоро выходить.

— Это вчерашняя рана от стрелы? — я делаю шаг к нему, игнорируя его ледяной тон. Страх холодной змеей сворачивается в животе. — Она не зажила? Оказалась серьезней, чем ты сказал? Каэл, покажи мне руку!

— Я сказал, всё в порядке! — рычит он, отступая на полшага.

Но я не отступаю. Наоборот, вплотную приближаюсь к нему, вторгаясь в его личное пространство. Он возвышается надо мной, напряженный до предела, его аура давит, пытаясь заставить меня отступить, но я упрямо тянусь к его правому рукаву.

И тут я чувствую это.

Едва уловимый, но до тошноты знакомый приторно-сладковатый запах. Тот самый запах запретной магии, которым разило от мертвой химеры в подвале.

Паника накрывает меня с головой.

Догадка, еще неоформившаяся, но уже пугающая до дрожи, бьет по нервам.

— Сними форму, — хриплю я и вцепляюсь в плотную ткань его синего рукава.

Каэл пытается отстраниться, пытается мягко оттолкнуть меня левой рукой, боясь применить силу, но я наседаю на него, как обезумевшая.

Мои пальцы, не слушающиеся от страха, намертво впиваются в его манжету. Я рву жесткую ткань, срывая пуговицу, и силой закатываю рукав.

У меня перехватывает дыхание.

Прямо под горячей кожей, от запястья вверх, пульсирует уродливая, толстая черная вена. Она словно живет своей жизнью, наливаясь темной заразой с каждым ударом его сердца.

Сладковатый запах становится сильнее.

Каэл резко отворачивается, вырывая руку из моей хватки. Желваки на его скулах ходят ходуном.

— Похоже, стрела была заражена, — бросает он глухо, не глядя на меня. — Но это ерунда, я выжгу ее магией.

— Каэл, это не ерунда! — мой голос срывается на крик, а из глаз брызгают злые, горячие слезы отчаяния. Я снова хватаю его за руку, не позволяя отвернуться. — Это же Черная Гниль! Если бы ее было так просто выжечь, думаешь этого бы не сделали еще тогда, десять лет назад, когда ей впервые заразились горняки?!