Книга Звезда Чёрного Дракона, страница 187 – Анна Джейн

— Зачем? – нахмурилась Элли, ничего не понимая.

— Просить о смерти, – ответил дроу. – Сказал, что не могу предать Даррела. Но и мать оставить в Запретном лесу не могу. Ей было очень тяжело и она мечтала вернуться домой, в родную провинцию. Я не мог предать никого из них – ни брата, ни мать. Мне проще было умереть, чем сделать выбор.

— И что же сказал тебе император? – спросила Элли.

— Велел вернуться в свою комнату. Он уже знал.

— О чем знал? – не поняла девушка.

— О том, что жнецы забрали мать несколько месяцев назад.  Отец соврал мне, чтобы использовать, – ответил Кэлл и взглянул на небо – будто бы ища звезду, в которую превратилась душа его мамы. – Более того, император знал о письме. Ему было интересно, как я поступлю. Это была проверка. Знаешь, Элли, нас часто проверяют – и люди, и судьба. Главное – это то, как ты пройдешь проверку. С достоинством или без.

— Мне жаль, что так вышло, – сказала Элли, снова чувствуя, как в глазах собираются слезы. Она и сама не понимала, кому это говорит – Кэллу или себе самой?

— Мне тоже. Но что поделать? – спокойно ответил он. – Нужно просто жить дальше. А ошибки… Ошибки совершают все. Но дело не в них. Дело в смелости – хватит ли ее, чтобы признать свои ошибки? Или ты слишком труслив для этого?

Его голос с мягким «змеиным» акцентом, что был присущ дроу, неожиданно подействовал на Элли – успокоил и придал сил.

— Ты умеешь снимать печать клятвы? – вдруг спросила она. Кэлл оценивающе взглянул на девушку. И ей вдруг показалось – он знает. Он обо всем знает. Поэтому и сел рядом с ней в парке.

— Смотря какая печать. Если ставил тот, кто хорошо в них разбирается – нет. Если печать посредственная – могу попробовать, – ответил дроу и поднялся. – Иди за мной.

Печать клятвы, что поставила Ева, удалось снять. И Элли, глотая слезы, обо всем рассказала Кэллу. Она и сама не понимала, зачем делает это – но ее будто прорвало. Она рассказала и о Дэйрил, и об Арте, и о том, что подруги перестали ее замечать. Рассказала о Еве и ее предложении. Рассказала о том, как подкинула Белль артефакт.

И когда закончила, вдруг поняла, что в комнате они не одни – с ними вместе находится Арт, который бесшумно вошел и стоял все это время позади нее.

Сколько же он слышал? Неужели все? И то, что она говорила про него?

Жгучий стыд обжег Элли словно пламя – с головы до пят. И она еще больше сжалась, боясь его гнева и презрения. Однако Арт и вида не подал, даже если что-то слышал. Он просто сказал:

— Идем к Белль. Она должна знать.

И они пошли.

Белль, должно быть, уже легла спать, и не сразу поняла, почему в ее покои вернулась подруга, да не одна, а в сопровождении личных телохранителей Даррела. Сначала даже рассердилась – не на Элли, а на парней, решив, что это они ее зачем-то привели в покои.

— Элли есть, что тебе сказать, – проронил Арт. – Пусть это произойдет наедине. Мы подождем в гостиной.

Девушка с благодарностью взглянула на него, но быстро отвернулась, почувствовав слезы на глазах. Ей не хотелось плакать перед Артом. И не хотелось находиться с ним в одной комнате. Она, должно быть, с ума сошла, когда решила, что сможет сделать его своим. Да что на нее нашло? Что с ней не так? Она ведь рациональная и здравомыслящая, но почему, когда дело касается чувств, становится такой глупой и слабой? Почему она такая бесполезная?