Книга Бессмертный, страница 111 – Эмма Хамм

С ней девушка могла бы вернуть свое королевство хоть тысячу раз. Никто бы не смог ей противостоять. Может, кто-то и попытался бы, но их сразу бы ждала мучительная смерть у нее в ногах, под гнетом настоящей силы. Джессамина бы наслаждалась их предсмертными криками под ее каблуком, как музыкой.

Но она не хотела такой судьбы. Да, ее жизнь стала бы намного проще. Джессамина достигла бы своих целей кратно быстрее, если бы украла силу бога.

Однако Джессамина попросту бы себе этого не простила. Мужчина перед ней заслуживал целый мир. Он заслуживал жизни, чувства ветра в волосах, если бы захотел. Украсть у Элрика стремление к жизни было выше ее сил. Еще выше ее сил было гневаться на тех мужчин, которые боялись ведьм, потому что опасались их могущества.

— Если я принесу тебя в жертву и заберу силу, – прохрипела она, – разве я не стану одной из тех, кого так боялись те мужчины? Разве они не окажутся правы, что расправились со мной?

— Ты правда так думаешь? – ответил Элрик до невозможности низким голосом.

Джессамина нахмурилась, прислушиваясь к собственному сердцу.

— Да, – ответила она. – Я действительно верю, что они были правы, убив меня. Если бы я захватила твою силу, если бы правда верила в такой конец нашей истории, я бы попросила не воскрешать меня снова.

— Ты единственная, кто может вернуть меня к жизни. Мне не впервой менять жизнь на страдания, и я, безусловно, сделал бы это еще раз. Чтобы наконец почувствовать что-то, кроме пустоты впервые за столько лет.

Джессамина коснулась его щеки, чувствуя теплую, будто наэлектризованную кожу. Кто она такая, чтобы отказывать ему в шансе на жизнь? Да, он все еще мог стать началом конца. Бог в мире, где подобные ему умерли сотни лет назад? Безумием было даже думать о таком.

Но ей хотелось. Боги, как же ей хотелось.

Вместо этого она притянула его ближе и снова поцеловала. Сладко и не спеша, растягивая момент, пытаясь вложить в его душу все свои чувства.

— Я обещаю… – начала она.

— Джессамина, не давай обещаний в царстве теней. Здесь они нерушимы, – прервал он.

Джессамина замолчала, продумывая следующие слова, а затем кивнула.

— Верно.

Элрик облегченно выдохнул и сразу же затаил дыхание, когда она продолжила:

— Я клянусь никогда не приносить тебя в жертву, Бессмертный. Ни в царстве теней, ни в мире живых.

Элрик не знал, что делать с Джессаминой теперь, когда она увидела его воспоминания. Он должен был сам нести это бремя. В конце концов, как бы прошлое ни терзало душу, он позволял ведьмам приносить его в жертву.

Бог был благодарен силам мира теней за то, что они показали не самые ужасные воспоминания – ведьм, что делили с ним постель, пока не решали, что чувство привязанности иссякло. Тех, что играли с его чувствами, пока он позволял им.

Джессамина не заслуживала лицезреть такое. Она была слишком невинной, слишком доброй. Ее мнение о нем бы ухудшилось настолько, что это пугало бога.

Он провел пальцами по тонкой линии у себя на шее, пытаясь забыть, как Джессамина дрожала у него в руках, увидев воспоминания. Первая рана. Сама душераздирающая и мучительная.

Тогда Элрик думал, что был влюблен только в одну ведьму. Она снова и снова доказывала свою преданность, будучи последовательницей, которая исполняла все его пожелания. Она ухаживала за ним. Соблазнила. Превратила молодого бога в свою игрушку.