Книга Навсегда, твой Лукас, страница 36 – Гай Полиснер, Нора Рэлай Баскин

— Что ж, рад это слышать, сынок. Очень рад. Ты здорово подрос. Я тебя не сразу и узнал.

И даже не знаю: то ли дело в моём разочаровании, то ли в том, как он пристально смотрит мне в глаза, словно хочет, чтобы я понял, как он на самом деле рад встрече со мной, а может, в том, что он назвал меня «сынок», — но мне вдруг становится просто ужасно стыдно, что я так ни разу и не навестил его в его классе.

— Простите, мистер Картер, — говорю я, справившись с этим стыдом и снова найдя в себе силы поднять голову.

— Всё в порядке, Лукас. Иногда встреча со старыми друзьями может вызывать настоящее смятение.

Я киваю, гадая про себя, так это или нет и может ли бывший учитель действительно стать твоим настоящим другом.

— Куда направляешься? Может, посидишь со мной пару минут? — Он кивает в дальний конец причала: — Я тут как раз собирался немного порыбачить. Порыбачить, помедитировать. — Он усмехается. — С полчасика, самое большее. Как видишь, — кивает он на своё взятое напрокат снаряжение, — вообще-то я сегодня сюда не собирался, но одна моя встреча отменилась, и я решил чуток посидеть с удочкой. Если что поймаю, сразу выпущу. Никогда не оставляю себе пойманную рыбу, даже на еду. — Он снова усмехается, и я согласно киваю.

— Я тоже так делаю. Да, давайте, — говорю я, тут же забыв, что мне ещё надо разместить все ключи для «охоты» и время поджимает. Я уже шагаю рядом с ним.

Наталия уже вот-вот будет здесь. Каким-то чудом мои пальцы вспомнили её мобильный номер, нажали правильные кнопки, и она ответила даже прежде, чем я успела услышать хоть один гудок. Не то чтобы я очень её обрадовала, но всё-таки она сказала, что сильно ругаться не будет. И даже пообещала успокоить родителей, чтобы они тоже сильно не ругались. И нет, в полицию они пока не обращались. Хотя, пожалуй, я позвонила в самый последний момент.

Я объяснила сестре, где нахожусь, и она, как ни странно, не стала спрашивать почему. Возможно, дело тут в том, что месяц назад она получила водительские права и рада любому предлогу проехаться на папином пикапе. Поэтому, когда я сообщила, что буду ждать её возле «B&B: Спортивное и рыболовное снаряжение», она ответила только, что будет там через пять минут.

У Наталии Фонсека «пять минут» может означать и двадцать пять, и полчаса, но мне всё равно. Я не против подождать.

Похоже, начинается прилив.

Он бурлит, медленно закипая вокруг всего полуострова Порт-Беннингтон, подкатываясь из самого солёного океана и проникая в самую мелкую бухточку, заполняя пролив и оставляя от пляжей только узкие полоски. Он покрывает чёрный ил и подползает к верхним отметинам уровня воды на камнях и сваях, поглощая зелёные водоросли и ласково поглаживая песок.

Я сижу на самом конце пирса и болтаю ногами. Отсюда я точно увижу Наталию, когда она подъедет. А пока мне хочется просто побыть здесь ещё минутку, посидеть, чувствуя на лице солнечные лучи. По другую сторону пирса вдоль полосы прибоя похаживает цапля, изящно поднимая и опуская тонкие палочки ног. Ей нет дела ни до кого, и я понимаю, что она хочет мне сказать.

Всё кончено.

Других ключей не будет.

«Пора домой», — сказала бы мне цапля, если бы умела говорить.

— Эй, малышка.

Я оборачиваюсь. Нет, это не Наталия. Это какой-то пузатый дядька в белой футболке.