Книга Последний рассвет, страница 48 – Анна Тодд

— Думаю, что нравлюсь, – настаивает он.

— Да какая разница? Мы едва знакомы, а уже столько проблем. И вообще, ты же терпеть не можешь туристов, так?

— Нет, не так. Я терпеть не могу богатеев, которые возомнили себя хозяевами мира. Бесит, что эти напыщенные людишки приезжают сюда, гадят на нашей земле, раздувают цены и вытесняют обычных работяг. Но ты… с этой твоей многоразовой бутылкой… В тебе есть что-то особенное. Ты другая. Избалованная, да. Но другая, я это чувствую. Иначе ты бы не сводила меня с ума.

— Другая? – усмехаюсь я. Поразительно, насколько он дерзок и прямолинеен! – То есть не такая, как остальные девушки? Знаешь, я не из тех, которые млеют, услышав, что они «не такие». Меня достало, что мужчины сталкивают лбами нас, женщин, заявляя…

— Эй-эй, притормози, Жанна Деройн. Я ничего не говорил о других женщинах. Я говорил о туристах. Не выставляй меня подонком.

Я смущенно замолкаю. Джулиан прав, я снова поторопилась с выводами.

— Неважно. И я не тупица, я в курсе, кто такая Жанна Деройн, – огрызаюсь я, закатив глаза. Спасибо маме, что когда-то открыла мне мир тех влиятельных женщин, что стояли у истоков феминизма. То, что Джулиан знает о Деройн, впечатляет. Впрочем, я уже достаточно подняла ему самооценку своим конфузом.

— Я никогда не говорил, что ты тупица. Напротив. Ты всегда так торопишься с выводами?

— А ты всегда оставляешь за собой последнее слово?

— Ну да, – пожимает плечами он. Надо же, какой самодовольный…

— Ты хоть понимаешь, как ты меня бесишь?

— Понимаю. Но ты все еще здесь.

Верно, я все еще здесь. Взволнованная, возбужденная, опьяненная словесной дуэлью… Проклятье.

— Я здесь только на лето, какой смысл вообще стараться друг другу понравиться? – говорю я, обращаясь то ли к Джулиану, то ли к самой себе.

— А какой тогда смысл вообще во всем? Если постоянно думать только о финале, никогда не сможешь насладиться тем, что есть сейчас.

— Ого, да ты у нас философ, – хмыкаю я, стараясь скрыть, насколько глубоко откликаются во мне его слова.

— Я серьезно. Я и вправду тебе нравлюсь?

— Ты всегда такой настырный? Мы ведь только вчера познакомились.

Нравится ли мне Джулиан? Еще бы. Рада ли я этому? Разумеется, нет. Я боюсь того, что может случиться, если я признаюсь ему в симпатии. Перед посадкой в самолет я дала себе слово, что больше не позволю страху управлять своей жизнью. Тогда я представляла приключения в самом буквальном смысле: нырять в океан, бродить по незнакомым улочкам, пробовать новые блюда. Я не имела в виду красавчика мотоциклиста, который превращает меня в желе одним своим взглядом.

— Нет, не всегда. Веришь или нет, обычно я не гоняюсь за женщинами по всему городу. Это было бы губительно для моей и без того подпорченной репутации.

Я смеюсь, разрешив себе просто наслаждаться моментом. Юмор Джулиана – именно такой, как я люблю: ироничный, тонкий, не навязчивый… ладно, самую малость навязчивый, но в этом что-то есть.

— Что плохого в том, чтобы быть вместе, пока ты не уедешь или мы не устанем друг от друга? Что может пойти не так? – спрашивает Джулиан, не зная, что «не так» может пойти очень многое. – Если откажешься, будешь потом жалеть… или радоваться, что свела меня с ума отказом. Всего на лето. Почему бы не рискнуть и не посмотреть, к чему это приведет? Хоть повеселимся!