Онлайн книга «Тьма в его глазах»
|
Сама не поняла, как села в машину и поехала на ипподром. Хочу увидеть. Просто увижу и уеду обратно. Мне надо. Мне это необходимо. С Радичем столкнулась внизу при въезде, когда отдала свою машину на парковку. Он же и провел меня к лоджии Максима. Увидела издалека и почувствовала бешеный восторг. Даааа! Просто один взгляд. Убедиться, что вот он, здесь. В досягаемости. В доступности увидеть при первом же желании. Радич что-то спрашивал у меня, а я уже чувствовала эту неловкость… Это идиотское ощущение, что я, как дура приехала сюда…а меня не звали. Это не мой Максим. Не тот, к которому можно было приехать куда угодно и… и не унизиться…Этот Макс. Нужно ли ему все вот это? Поймет ли он вообще, что такое просто хотеть кого-то увидеть настолько сильно, чтоб даже не понять, каким образом оказался рядом? Почувствовала, как перехватил мою руку и вздрогнула, услышав вопрос, а когда обернулась, увидела в глазах ярость, и сердце гулко забилось под ребрами – нет, он не рад. Не стоило мне приезжать. — Твой сотовый был выключен…Я не дозвонилась и, – разочарование медленно растекалось по венам ядовитой кислотой, – не следовало, наверное, приезжать. Я уже ухожу. * * * Убил бы сучку! За это долбаное разочарование, снова затмившее в глазах мимолётно вспыхнувшую радость. Видеть его не могу. Комом в горле. Напоминанием, что что бы ни делал, какие бы меры ни предпринимал, между нами всегда будет ОН. И я понятия не имел, на сколько меня ещё хватит. Ясно чувствовал только одно – ненадолго. Перевёл взгляд на Радича, и тот благоразумно скрылся с моих глаз, поднявшись к Вольскому. С этим ублюдком я поговорю позже. А, может, и разговаривать не буду. Выбью на хрен верхние зубы, наглядно продемонстрировав, чего он может в следующий раз лишиться, если снова возле Дарины ошиваться будет. Притянул её к себе и процедил сквозь зуб: — А вот это уже не тебе решать! Какого чёрта ты игнорируешь охранников, которых я к тебе приставил, и приезжаешь с Ищейкой?! * * * — Я приехала одна! Радич проводил меня наверх. Я уже уезжаю. Пытаясь высвободиться и чувствуя, как предательски кружится голова от его запаха. Это не меняется. Почему в нем ничего не меняется? Почему он говорит тем же голосом… почему он все такой же… и чужой. До боли чужой. Не нужно было приезжать, чтобы еще раз в этом убедиться. — Прости, что помешала. Все же выдернула руку и отодвинулась на шаг назад. * * * Шагнул к ней и, притянув к себе, развернулся к папарацци, раздражавших вспышками фотокамер. Быстрая улыбка и снова к Дарине лицом, подталкивая её к выходу. — Ты права, малыш. Ты уезжаешь отсюда прямо сейчас. Со мной. А пока мы идём к машине, придумываешь ответ на вопрос, почему ты не поехала сюда со мной на самом деле? И без отмазок насчет работы в фонде и прочей ерунды. Правду, Дарина. * * * Улыбнулся репортерам, и меня как хлыстом по спине, даже дух захватило от этой дьявольской улыбки. Когда улыбается, его лицо меняется настолько, что хочется ослепнуть от этой красоты. Каждый раз, как будто весь воздух из легких вышибает. Схватил под локоть и повел к выходу, а мне хочется высвободиться и закричать. Закрыть уши руками и орать. Долго и очень громко. Потому что НЕ ТАК. Не так все должно было быть… Иначе. В моей голове это было иначе. |