Книга Покоренные, страница 29 – Ульяна Соболева

— У нас будет один инструмент и очень мало времени, — сказала я.

— В прошлый раз было меньше, — ответил голос.

Теперь сомнений не осталось. Она тоже помнила. Я едва не рассмеялась. Не от радости. От узнавания.

«Пекло» действительно вернуло старых людей.

Только на этот раз мы обе пришли туда взрослыми.

Глава 6

САИД

Видео пришло, когда эксперты ещё работали в серой машине. Я увидел Карину привязанной к стулу и не смог нажать на воспроизведение. Большой палец замер над сообщением. Не из страха увидеть кровь. Я боялся услышать, как Фарид использует мой голос против неё, и понять, что дал ему для этого слишком много материала.

— Включай, — сказал Андрей.

— Я слышал.

— Тогда включай.

На записи Карина держала голову высоко. Разбитая губа, грязь на куртке, светлые волосы спутались вокруг бледного лица. За ней стоял Фарид. Повреждённая половина его лица плохо двигалась, но я узнал незакрывающийся глаз и трость. Он не исчез. Он ждал, пока старые счета снова станут дорогими.

«Саид, серую папку не открывай. Сначала проверь холодные счета вместе с Максом. Здесь много голосов, и ни один нельзя обменять на меня. На причал один не едь».

Максим уже записывал слова. Координатор потребовал исходный файл, Орс отправил без сжатия. Я смотрел, как Карина говорит о прощении, которого не дала, и слышал не обвинение. Факт. Она звала человека, совершившего над ней насилие, потому что знала: нынешний Саид придёт. Доверие не очищало прошлого. Оно делало ответственность тяжелее. Потом Фарид достал нож. Карина закричала. Я сжал телефон так сильно, что стекло треснуло под защитной плёнкой.

— Не ломай доказательство, — сказал Максим.

Я разжал пальцы. На ладони остались красные полукружья от ногтей. Когда-то я разрезал эту ладонь и намазал простыню своей кровью, чтобы дом поверил в девственность жены. Никакая кровь не изменила того, что я вошёл в неё против воли, продолжил после просьб остановиться и вернулся в следующие ночи. Теперь Фарид держал нож возле её лица и знал: достаточно показать металл, чтобы вернуть тело туда.

Меня затошнило. Я отвернулся от людей, сделал несколько шагов к бетонной стене и опёрся ладонью. Не позволил себе назвать это раскаянием. Раскаяние, от которого всем вокруг приходится утешать виновного, — ещё одна форма власти.

— Она дала адрес, — сказал Орс.

— Нет, — ответил эксперт по звуку. — Дала признаки. Эхо большого бетонного помещения, компрессор с периодом запуска около минуты, маневровый локомотив и, возможно, судовой гудок. По одному этому адрес не установить.

— «Холодные счета», — произнёс Максим. — Холодильный терминал.

— Вероятно. «Рельсы рядом с водой» она сказала отцу. Плюс последняя пассивная метка прошла юго-восточный сектор.

Координатор открыл карту. В нужном радиусе находились семь крупных промышленных площадок с железнодорожной веткой, четыре имели выход к реке, три сохраняли холодильные мощности. Один терминал работал официально, второй проходил реконструкцию, третий числился частично законсервированным, но за последние сутки увеличил потребление электричества.

— Почему увеличение не заметили раньше? — спросил Андрей.

— Потому что промышленный объект может включать оборудование без доклада Вороновым, — ответил координатор. — Сейчас поднимаем владельцев, арендаторов, грузовые заявки и ближайшие патрули. Дрон запросили через дежурную службу.