Книга Измена. Я все равно тебя верну, страница 49 – Марго Лаванда

— А ты занята? Тебе никто не ждет? – выглядывает за стеклянную стену аптеки. – Не хочешь со мной в кафе зайти? Посидим поболтаем. Сто лет тебя не видела. Староста наша что-то в этом году не организовала встречу выпускников.

— Можно, – соглашаюсь, чувствуя внезапный приступ голода.

Почему бы мне и не посидеть с Олесей часок в кафе? Никому от этого вреда не будет. Никто не будет меня искать. Да и Карим – разве он просил отчитываться за перемещения и просил сообщать, где я нахожусь? Вот и проведу время с бывшей подругой.

— Ну, рассказывай, как устроилась, где живешь, замуж не вышла? – жизнерадостно интересуется, едва мы усаживаемся за стол и заказываем себе чай и пирожные. – Вижу по глазам, что любовный интерес имеется.

— Да, – вынуждена признаться. – Я скоро собираюсь замуж.

— Вот это да! А чего глаза такие нерадостные? Я же вижу, что что-то с тобой не так. Грустная такая. Идешь, вся погрузилась в свои думки. Если бы я тебя не окликнула, ты бы меня даже не заметила, – слегка упрекает, но я не чувствую в ее голосе обиды или обвинения, а просто желание помочь.

Олеся всегда такая была – сердобольная. Бабушек через дорогу переводила. Не могла пройти мимо бездомных животных.

Такие люди – большая редкость. И мне даже хочется выговориться ей, во мне зреет порыв рассказать хоть кому-то всё, что со мной происходит.

Вдруг она что-то подскажет? Но что?

Зачем втягивать постороннего человека в свои проблемы?

Старательно отнекиваюсь и делаю вид, что у меня всё прекрасно, и мне удается перевести разговор в другую сторону. Олеся начинает рассказывать о себе:

— А я собираюсь стать мамой. Вадик тоже не против. Ты же помнишь Вадима Воронова из параллельного класса? Так вот мы с ним собираемся пожениться, – сияет счастливой улыбкой, вызывающей белую зависть. – Сама не понимаю, как у нас так вышло с ним. Я к нему котенка принесла. Вернее, не к нему, а в ветеринарную клинику. А он там работает. Обычным ветеринаром. Неплохо, кстати, зарабатывает, но, главное, что добрый, домашний, животных любит. А помнишь, как мечтали о богатых мужиках? Об олигархе на черном мерине?

Я не мечтала, но всё равно киваю, потому что вряд ли кто-то мечтает в юном возрасте о бедняке с дырявыми карманами.

— А счастье, наверное, не в богатстве, Сонь, а в том, чтобы найти того самого человека.

Какое-то время молчим, а потом Олеся вдруг рассказывает:

— Знаешь, у тети Любы моей муж умер, так она так сильно переживает, сердце разрывается за нее, – вздыхает тяжко. – Ты ее, наверное, помнишь? Она у нас несколько лет физику преподавала. Потом квартиру в городе им дали, стало далековато до них, редко видимся. Хотя, на машине три часа всего. Мамина сестра старшая. Еще на выпускном у нас ведущей была, так весело было, помнишь? – все дальше окунается в воспоминания.

— Конечно помню, Любовь Сергеевну. Очень хороший преподаватель, но физику я все равно не любила, – улыбаюсь.

— Я тоже. Ничего в ней не понимаю до сих пор, – отмахивается Олеся.

— Как жаль твоего дядю.

— Да, очень. Сердце прихватило, не смогли спасти. Люба теперь на даче постоянно, ведь дядя Коля дом десять лет строил, хотели старость вместе провести. А квартира теперь пустует. Некому там жить.

— А разве у них не было детей? – спрашиваю, ведь припоминаю, что у тети Лены точно был сын возрастом чуть старше Олеси.