Книга Измена. (Не)любимая жена олигарха, страница 73 – Марго Лаванда

Я не наряжалась, вообще не думала о внешнем виде. Волосы собрала в небрежный хвост, выбрала простые джинсы и рубашку в мелкий цветочек.

Дорогие марки, что заказывал Оболенский, остались в нашем с ним доме. Я взяла минимум вещей, в основном для Артура. Из своих же взяла по большей части старые, в которых еще в универ ходила.

Наверное, я похожа сейчас на студентку, нежели на жену бизнесмена. Вот Инесса – идеальна как пара. Классический белый костюм, пиджак и брюки, под ним – кружевной топ. Волосы лежат идеально, уж не знаю, как она даже после перелета так выглядеть умудряется.

— Дорогой, нас уже ждет машина.

— Поезжай. На работе увидимся.

— Я подожду, – тут же теряется от холодного ответа.

— Езжай, я сказал.

— Но…

Получает такой жесткий взгляд, что в лице меняется. Да, дорогуша, Алексом крутить не выйдет, если ты не знала, говорю мысленно. Становится капельку легче. Он не только со мной такой жестокий.

— Я не настроен разгадывать загадки, Ромина.

— Понимаю. Не хочу тебя задерживать. Ты устал после перелета.

— Черт возьми! Хватит! Говори, что хотела сказать? Ну? – никогда не видела Алекса настолько раздраженным. – Например, можешь поделиться, как хорошо тебе теперь жить с Каримом. Это же он тебя забрал. Когда ты пыталась снять деньги с общего счета. Не верила, что любовник сможет тебя обеспечить? Решила подстраховаться?

— Ты говоришь отвратительные вещи! Я не буду это слушать!

— Чего ты ожидала? После того как украла сына, свалила к другому?

— Ты первый уехал! С Инессой!

— Это так удобно, да? Я уехал, я сказал про развод. Долго ты не страдала.

— Чего ты хотел? Чтобы страдала? Эта женщина только что при мне назвала тебя «Дорогой».

— Я хотел от тебя верности, Ромина. Но не после того как ты выбрала Абашева.

— Что? Я не понимаю, Алекс! Ты сам сказал, что будет развод.

— Сказал, да, – мрачнеет. – Но не думал, что ты так быстро выберешь другого.

— Хорошо, я во всем виновата. Мне пора.

Ужасный разговор. На сердце каменная тяжесть. Разворачиваюсь, но муж грубо хватает за плечо. Разворачивает к себе.

— Ты никуда не пойдешь.

— Отпусти!

— Не устраивай сцен. Тем более в таком месте. Поехали.

— Я никуда с тобой не поеду.

— Нам нужно поговорить. Мы оба совершили ошибки.

— О чем? Ты уже все сказал!

Отталкиваю руку Оболенского. Быстрым шагом иду прочь. Нет, я не буду с мужчиной, который мне не верит. Кем он меня считает? Решил, что я встречаюсь с Абашевым? Не узнал ничего толком. Да, Карим подвез меня. Помог в трудный момент, сама я тогда была совершенно растеряна. Волнует ли это обстоятельство Алекса? Определенно нет! О чем тогда говорить? Предложит меня простить, соизволит принять обратно? Чтобы потом попрекать всю жизнь?

Горечь затапливает, хочется оказаться как можно дальше от этого мужчины.

— Прекрати истерику, – рявкает муж. Хватает грубее. – Нам как минимум надо обсудить вопрос о сыне. Он останется со мной. Я не позволю, чтобы моего ребенка растил другой мужчина.

— Отстань от меня! Не трогай, – вырываюсь.

— Эй, так нельзя с женщиной. Полегче, – к нам подходит охрана аэропорта.

— Не лезь.

— Я не лезу, у меня работа такая. Отпустите ее. Сейчас же. Если не хотите быть задержанным.

— Спасибо вам. Я не хочу с ним разговаривать, – произношу быстро.

Оболенский психует, матерится. Подбегают еще двое охранников. Отбегаю в сторону и вижу, как одного из них муж бьет со всей силы в лицо. Вскрикиваю. Алекса скручивают, кидают на пол. Меня трясет, чувствую сильную тошноту. Нельзя было приезжать сюда. Самое глупое решение. Что получила в результате? Еще больше ненависти! Меня охватывает отчаяние. Стараюсь выровнять дыхание, добраться до выхода. Мне нужно добраться до дома. Взять себя в руки. Нельзя допускать такие стрессы. Я ведь подвергаю малышку опасности.