Книга Тысяча ночей без тебя, страница 78 – Федерико Моччиа

— Вот, помнишь, Антуан Эго пробует блюдо, приготовленное мышкой Реми? Благодаря одному кусочку его рататуя в новой форме, он вдруг вспоминает, как, когда он был маленьким, упал с велосипеда, а рататуй его мамы снова поднял ему настроение… Вот так я себя сейчас чувствую.

Винченцо озадаченно посмотрел на нее:

— Но с чего вдруг, когда это ты успела упасть с велосипеда?

И все рассмеялись, по очереди пробуя этот восхитительный десерт кучча, запивая его ликером и кофе. Затем внезапно свет погас, и вошла Грация с тортом и зажженной на нем свечой. София подошла к фортепиано, к тому самому фортепиано, на котором она пыталась сыграть свои самые первые мелодии, и сыграла песню «Happy Birthday!» в невероятной джазовой обработке. Все были восхищены красотой и гармонией этой мелодии и настолько ею увлеклись, что Винченцо пришлось потормошить сына:

— Прием, прием! У тебя же день рождения!

И Маурицио задул свечу, все захлопали в ладоши, и кто-то снова включил свет.

София вышла из комнаты и вернулась со свертком, который передала брату:

— Вот. Ты же не думал, что я прилетела с пустыми руками. А то, зная тебя, мне потом не избежать упреков.

— Ага, значит, это единственная причина, по которой ты принесла подарок!

— Да нет, дурак, там еще и открытка есть.

Маурицио прочел и улыбнулся.

Грации стало любопытно.

— Что там написано?

— Но, мама, это же личное… – София попыталась вмешаться, но все же Маурицио прочел открытку вслух.

— «Поскольку я слишком долго была в отъезде, я очень сильно скучала по прекрасным вещам… А от подарка, который я сделала тебе, я бы и сама не отказалась! Поздравляю тебя, мой младший братец!»

Грация была в изумлении:

— Что же это? Боже, мне ничего не приходит в голову.

Винченцо попытался угадать:

— Соломенная шляпа.

Все с любопытством посмотрели на него:

— А почему?

— Ну когда они были маленькими, они всегда хотели носить дедушкину шляпу… Я ее отдал Маурицио, потому что она мужская, но однажды они поссорились, схватились за нее и начали тянуть каждый в свою сторону и в конце концов разорвали пополам!

Маурицио рассмеялся:

— Это точно, я это помню! София была просто дикой! Если я повспоминаю еще немного, то найду кучу вещей, которые София могла бы мне подарить. – Он попытался определить на вес. – Нет-нет, слишком тяжелый для шляпы. Больше похоже на кирпич…

Тут вмешалась Нунция:

— Извини, Маури, ты уже откроешь его или нет?

— Мне просто нравится эта игра в угадайку. А можно подсказку?

— Она пустая, как будто родилась только вчера. Да, она вся такая пустая и белая, а тебе нужно наполнить ее красками.

— Картина? – попытался угадать Винченцо.

Грация ответила ему:

— Ну конечно, в коробке из-под обуви!

— Ну бывают же и очень маленькие картины.

— Но они не весят, как кирпич…

В конце концов Маурицио, не понимая, каких еще подсказок ему выпросить или как правильно ответить, решил последовать совету Нунции и распаковал подарок:

— Но… Это же книга. «Му Life Story»^[5].

София улыбнулась.

— Только она еще не написана. В ней тысяча тонких, пустых страниц… – Маурицио вынул ее из коробки. – И я уже заполнила первую страницу.

Маурицио открыл ее и увидел там фотографию их двоих маленьких в Испике. Ему было всего два года, а она уже была юной девушкой. Они стояли на площади, в коротких штанах. Внизу было подписано: «Мы с тобой, конечно, прошли долгий путь… А теперь рассказывай мне о каждом своем новом дне или о тех, что помнишь. Иногда и ты добавляй сюда фотографии, тогда мы никогда не потеряемся».