Книга Человек, который не хотел любить, страница 43 – Федерико Моччиа

Джанфилиппо был не согласен:

— Дедушка решил так. Он захотел разделить её часть между нами. Каждый почтит память Клодин так, как сочтёт нужным. Уже всё решено.

В завещании проблема была решена именно так. Джанфилиппо перечислил пятьдесят миллионов евро на свой счет. Что он с ними сделал – неизвестно. Может быть, вложил во что-то особенное. Грегорио Савини хватило бы одного телефонного звонка, чтобы получить эту информацию, но Танкреди ему запретил. Он ничего не хотел знать.

Танкреди вложил пятьдесят миллионов евро Клодин в фонд, отдельный от всех его счетов, чтобы впоследствии решить, что ему с ними сделать. А пока ему было чем заняться.

Он посмотрел на часы: совсем скоро он всё узнает о ней. Ему хотелось смеяться. Она… Он даже не знал её имени. Ему было очень любопытно, но в то же время немного беспокойно на душе. Та страстная женщина в церкви, игравшая по несуществующим клавишам, с закрытыми глазами, ведомая музыкой, предвосхищавшая её. Эта прекрасная женщина. И та женщина на лестнице – остроумная, неуловимая, своенравная, с невероятной улыбкой. Она пробудила вновь его волю к жизни и любви. Что, если эта женщина на самом деле совершенно иная? Образ рисует нам прекрасные картины, заставляет нас думать, что с его помощью все мечты осуществятся. Но реальность – совсем другое дело. Жизнь – это череда неисполненных мечт, это падающая звезда, которая исполняет чужое желание.

Он улыбнулся этой пессимистичной мыли, и уже был готов остановить поиски информации о ней. Но он не успел даже взглянуть на часы. Было слишком поздно. В дверь постучали.

— Входите.

Вошёл Грегорио Савини и закрыл за собой дверь. Он остановился.

Танкреди снова сел в кресло:

— Присаживайся, Грегорио.

— Спасибо.

Он занял место напротив него, держа в руках папку со стопкой бумаг внутри:

— Оставить это здесь?

Танкреди повернулся к окну и посмотрел на океан. Парусник исчез, а танкеры отплыли ещё дальше.

— Нет. Прочитай мне его.

Он закрыл глаза, пытаясь приготовиться к тому, что сейчас услышит. Он не знал, чего ожидать, и даже не знал, что бы ему хотелось услышать.

Грегорио открыл папку и быстро пробежал глазами по записям:

— Итак, ей чуть больше тридцати, она замужем, детей нет. Она живёт в доме, который ей оставили бабушка с дедушкой, перебивается случайными заработками, живёт не бедно, но и не богато. Позволить себе что-то сверх её бюджета не может… – Грегорио посмотрел на Танкреди, но тот сидел к нему спиной, так что нельзя было понять, что он чувствует, поэтому он продолжил читать: – Она училась в лицее на отлично, были какие-то отношения с одноклассниками – типичные истории любой девочки в этом возрасте. Она живет с мужем в районе Сан-Джованни…

Танкреди, с закрытыми глазами, молча слушал описание жизни этой девушки. Всё казалось ему нормальным, даже слишком, как будто это не имело ничего общего с тем образом, который он построил в своей голове, и с тем сильным чувством, которое он в нём зародил. На этих страницах жила обыкновенная женщина, без каких-либо деталей. Никакой страсти – одна плоская жизнь, не черная и не белая, лишённая света.

— А… вот… – Грегорио как будто прочёл его мысли. Что не удивительно, они знали друг друга уже тридцать лет. – Вот кое-что интересное. – Он не знал, понравится ли Танкреди то, что он сейчас прочитает. – Уже несколько недель она изменяет своему мужу.