Книга Плохой день для Саншайн, страница 160 – Даринда Джонс

Однако даже после этого её отношение к нему не изменилось. Она умела читать людей почти до жути. Всех, кроме собственной дочери. Но Леви вывел её из равновесия. Шестое чувство — вот что помогало ей выжить и продвигаться по пресловутой лестнице в Санта-Фе. О нем ходили легенды, и оно никогда не подводило её.

До этого момента.

Она начала сомневаться, не потеряла ли она его при переезде.

Квинси повёл его обратно, а Леви направился прямо в её кабинет. Квинси последовал за ним, чтобы встать между ним и Сан, если ему понадобится вмешаться.

Леви остановился перед ней.

— Ты теперь считаешь меня убийцей?

Она бросила взгляд на Квинси.

Он показал свои ладони.

— Я ничего не сказал.

— Он и не должен был. — ярость на лице Леви была лишь частью картины. Она почувствовала что-то еще. Возможно, боль. Убийственные наклонности? Трудно было сказать.

— Ты думаешь, я идиот? Вы нашли тело моего дяди и теперь хотите получить мою ДНК? — он подошел ближе. — Пошла ты. Получи ордер. И никогда больше не притаскивайте сюда мою задницу, пока не поговорите сначала с моим адвокатом.

— Мы нашли улики, которые указывают на то, что ты был на месте преступления, когда его убили.

— Чушь.

— И мы нашли вторичный источник крови на его одежде.

— Значит, она должна быть моей?

— Докажи, что я не права. Дай мне образец, и мы разберёмся с этим в считанные дни.

— Как я и сказал, получи гребаный ордер.

— Люди говорят такие вещи только тогда, когда они виновны.

Он чуть было не сорвался. Он подошел еще ближе, и Квинси — тоже, и вся ситуация быстро стала близкой и личной.

— Знаешь, если бы ты закончила то, что начала вчера, тебе бы не понадобилась моя ДНК. Она бы у тебя уже была.

— Что ты вчера начала? — спросил Куинси.

— Мы собирались исключить тебя, но если ты этого не хочешь…

— Сколько раз я должен сказать «пошла ты», прежде чем ты поймёшь это?

— Леви, он держал твой идентификационный браслет. Кожаный, который ты обычно носил.

Он насмехался.

— Черт возьми, и это все, что у тебя есть? Браслет, который дядя взял у меня после того, как моё имя стёрлось, потому что он ему понравился, а этот ублюдок украл у меня все, что мог? И это твоё доказательство?

Она улыбнулась.

— Не забывай о крови.

Он улыбнулся в ответ.

— Знаешь что? Давай сделаем так. Моя ДНК — твоя ДНК.

— Правда? — когда он только уставился на нее, она взяла набор для взятия мазков, достала его из коробки и поднесла к его рту.

— Просто вспомни, что случилось, когда Пандора открыла эту маленькую красивую коробочку.

— Что это значит?

Он не ответил. Сначала он и не открывал рот, предпочитая смотреть на нее. Потом его губы приоткрылись, едва заметно, и он стал ждать.

Она не осмелилась попросить его открыть губы шире. Она собиралась получить его ДНК без ордера. Счёт один в пользу хозяев.

Когда он отказался предоставить ей лучший доступ, отказался раздвинуть эти скульптурные губы еще дальше, она взяла его за подбородок и осторожно опустила его. Она вставила тампон и провела им по внутренней стороне его щеки.

Он не сводил с нее глаз, и она начала дрожать, но почему?

Почему, ради всего святого, близость Леви заставила её дрожать? Неужели он так сильно влиял на нее?

Он мог бы, полагала она, если бы ей было двенадцать. Она не хотела, чтобы он был единственным. Чтобы он стал отцом Аури. Потому что это означало бы самое худшее на свете. Это сделало бы его самым худшим человеком на свете.