Книга Плохой день для Саншайн, страница 141 – Даринда Джонс

Джимми выглядел как большинство Равиндеров — кроме его дяди Леви, конечно, — за исключением того, что его глаза были слишком далеко расставлены. Нос был слишком широким. Но у него были обязательные для клана Равиндеров грязно-русые волосы и мальчишеские черты лица.

Намёки на его аутизм были тонкими. Ему приходилось напряжённо думать, чтобы сказать то, что он хотел, а зрительный контакт был постоянной проблемой, но парень умел играть в шахматы так, словно родился на шахматной доске.

— Ты очень синий. Это беспокоит.

Он засмеялся, когда она открыла дверь.

— Заходи, и я позвоню твоей маме.

— Ни за что, Аури. Она заставит меня вернуться в больницу.

— Потому что именно там тебе нужно быть. — она сняла куртку и бросила её на диван, а затем повернулась к нему. — О чем ты вообще думал? Зачем ты пошёл так далеко в горы один?

— Там был раненый олень.

— Тогда ты зовёшь маму или дядю Леви. Ты не уходишь так далеко один.

— Прости. Ты злишься?

— Полностью. — когда он не понял, что она дразнится, она усмехнулась.

Через мгновение он усмехнулся в ответ.

— Ладно, давай позвоним твоей маме.

Она достала телефон, но он практически схватил её за руку. Они упали на диван, она хихикала, а он кричал:

— Нееееет!.

— Ладно, хорошо. Я позвоню твоему дяде.

— И не ему. Мама сказала, что я чуть не убил его, и он отдыхает дома. Думаешь, он на меня злится?

Они сели на диван.

— Конечно, он на тебя не злится.

— Мама сказала, что ты расстроилась сегодня в школе. Кто-то был груб с тобой. Ты же не собираешься снова пытаться прыгнуть со скалы?

— Нет, милый. Это было очень давно. Я никогда не сделаю этого снова.

— Ты можешь жить с нами? Мама разрешила.

— Я бы с удовольствием, — сказала она, приглаживая прядь волос. — Но кто позаботится о моей маме?

— Она тоже может приехать.

Аури обняла его.

Он позволил ей обнимать себя все одиннадцать секунд, а затем оттолкнул от себя. Не в плохом смысле. Не для того, чтобы быть грубым. Но чтобы выжить. Он мог выдержать только столько ласки, и Аури это знала.

— Это было вкусно, — сказал он, показывая ей обёртку от какого-то фруктового батончика. — У тебя есть еще?

Она хихикнула.

— Понятия не имею, где ты это взял, но…

— Он взял это у меня.

Аури обернулась на мужской голос. Мужской голос доносился из её спальни. Точнее, из окна её спальни. Она встала и подкралась к двери в свою комнату. Зажёгся свет, и она увидела Круза де лос Сантоса, стоящего у открытого окна.

— Круз! — Она бросилась вперед. — Это Джимми открыл тебе окно? Почему ты просто не подошел к двери?

— Ты пыталась покончить с собой? — спросил он с настороженным выражением лица. Это удивило её.

— Ты это слышал?

— Пожалуйста, ответь.

Она опустила голову и кивнула.

— Мне жаль. Это было очень давно.

Он отошёл от окна, провёл рукой по волосам, подумал минуту, потом вернулся.

— Больше не пытайся.

Она подняла мизинец.

— Клянусь мизинцем.

— Это не смешно. После сегодняшнего дерьма с Линель и её дружками…

— Круз, я в порядке. — не задумываясь, она взяла его за руки. Его ледяные руки. — Как ни странно, это был один из лучших дней в моей жизни. — он с сомнением посмотрел на нее, но его пальцы сплелись с её.

— Как ты сюда попал? Я думала, ты под домашним арестом.

— Так и есть. Но мой отец также понимал и мою позицию.