Книга Искатель 25, страница 113 – Сергей Шиленко

Я убрал клинки в богато украшенные ножны, идущие в комплекте, и надежно закрепил их на своем боевом поясе. Вес нового оружия приятно оттягивал ремень, даря чувство дополнительной осязаемой уверенности. «Дым и Зеркала» — название как раз в моем вкусе: хитрое, подлое и оставляющее врагу мало времени на правильную реакцию. Даже если я не планировал лезть с ними в кровавую мясорубку, иметь в рукаве такой неочевидный козырь было чертовски приятно. Мой внутренний счетовод наконец-то сыто затих. Чтобы разбрасываться мощными артефактами в мире, где каждый лишний процент шанса на уклонение мог отделить жизнь от смерти, нужно быть поистине полным глупцом.

Я обнял свою гоблиншу за тонкую талию, грубо притянул к себе, вжимаясь пахом в ее живот и чувствуя упругую силу ее бедер. Лионелия тихо выдохнула, ее зрачки расширились. Я наклонился и крепко, со вкусом поцеловал ее, и мне ответили горячей, дикой готовностью. Язык скользнул мне в рот, отдавая солоноватым привкусом.

— Спасибо, детка, — хрипло выдохнул я, нехотя отстраняясь.

Лионелия хищно ухмыльнулась, облизнув покрасневшие губы, и, подавшись вперед, игриво, но ощутимо прикусила меня за нос своими острыми зубками.

— Обязательно пусти от моего имени немного крови этим ублюдкам из Консорциума, — промурлыкала она кровожадным шепотом.

Снова рассмеявшись ее неприкрытой агрессии, я мягко отстранил гоблиншу и повернулся к тяжелой, окованной железом двери, за которой ждал наш ценный пленник.

— Так и сделаю при первом же удобном случае. А сейчас пора поболтать с нашим гостем по душам.

В подземелье стоял смрад, от которого резало глаза. Терпкий запах горелого дерева и едкой копоти от жаровен даже наполовину не мог заглушить густую тошнотворную вонь человеческих испражнений. Наш пленник, судя по всему, давно перестал контролировать свой кишечник.

Я ступил на влажный камень пола, передо мной, распятый на стене, висел Марлон, тёмный эльф-убийца, личный цепной пёс Малина. Его руки и ноги туго стягивали массивные зачарованные цепи, не оставляя ни единого шанса ухватиться за что-нибудь или использовать рывок. Лионелия постаралась на славу и подлечила его ровно настолько, чтобы удержать искру жизни в этом изломанном, покрытом коркой засохшей крови теле, но не более.

Он безвольно обвис в своих кандалах, не находя в себе сил даже попытаться перенести вес, чтобы хоть немного ослабить боль в вывернутых суставах, но когда я закрыл за собой тяжёлую дубовую дверь, лязгнув засовом, острый взгляд мгновенно сфокусировался на мне, потом скользнул ниже и намертво прикипел к поясу, где теперь висели Дым и Зеркала, его собственные парные кинжалы мастерского качества. Зрачки пленника сузились, а разбитые губы дрогнули от бессильной ярости.

Его рот был плотно забит грубой тканью и перетянут кожаным ремнем — дознаватели предприняли все необходимые меры предосторожности. Мы не могли рисковать, ведь системные правила оставляли опасные лазейки: он мог пожертвовать накопленным общим опытом, чтобы мгновенно сменить класс на заклинателя, или, что ещё опаснее, воспользоваться бесплатной сменой от Чистого класса и ударить магией, просто произнеся команду. Но глядя на его напряжённые скулы, я понимал, что шанса это сделать, как и вырваться из своих пут, у него нет абсолютно никакого.