Книга Дурные намерения, страница 151 – Элли Риверс

— Ну да. Перерос. Хотя парня этого до сих пор на дух не переносит.

— Наслышана о нем?

— Это мой родной брат.

— Идеальный способ выйти победителем из давней вражды! — звонко рассмеялась Изра, нарушив повисшую в салоне автомобиля недолгую тишину.

Нэнси вторила смешком, я же сумела выдавить лишь слабую улыбку. В мыслях вновь всплыла тема мести: пусть Леви и уверял об отсутствии подобных мотивов в наших отношениях, невольные параллели со стороны его семьи заставляли задуматься.

— А ведь все сходится, — подхватила Изра. — Я постоянно донимала его вопросами о женитьбе, а Леви неизменно отвечал, что ждет одну-единственную. Наверняка речь шла о тебе.

— Невероятно мило! — добавила Нэнси.

— Д-да. Очень мило.

Пальцы до побеления в костяшках вцепились в руль. Я ведь на мгновение совершенно упустила из виду его переписки с какой-то посторонней особой.

От радостного настроения не осталось и следа. Если несколько лет назад Леви признавался родным в ожидании той единственной, значит, ею наверняка оказалась получательница бесконечной вереницы сообщений во время нашего медового месяца.

Об измене не могло идти и речи: мы проводили вместе слишком много времени для подобного, однако горькая правда заключалась в другом — мне досталась лишь роль запасного варианта.

Впрочем, классическая история всей жизни.

А вдруг она передумает и все-таки выберет его? Бросит ли меня Леви ради той, которую так преданно ждал? Что, если в итоге придет раскаяние о сделанном выборе, особенно на фоне возвращения тяжелых мигреней?

— Приятно видеть его счастливым, — щебетала Нэнси, совершенно не замечая творящейся у меня в душе паники. — Мы ведь только этого и ждали. Я постоянно твердила махнуть на нее рукой и переключиться на кого-нибудь другого, но Леви оказался прав в своем ожидании.

— Да уж, — выдавила я, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимый вид. — Нисколько не сомневаюсь.

Остаток дня я пыталась отвлечься работой в саду, но услышанное в машине от Нэнси и Изры тяжелым камнем лежало на сердце. Необходимо было прямо спросить, кто эта другая. Я должна была знать наверняка, чего он ждал все те девять лет, что мы провели порознь.

Леви вернулся в пять; когда хлопнула дверца машины, я все еще возилась на грядках. Откинувшись на пятки, судорожно перевела дух, готовясь к его появлению.

— Казалось, ты решила сделать перерыв в садоводстве, — раздался его голос пару мгновений спустя.

Боль в ногах совершенно перестала ощущаться — все мысли занимало услышанное по пути домой.

— С таким количеством новых саженцев не до перерывов.

— Теперь-то вижу, а ведь я целый день ждал от тебя хоть строчки. Что-то стряслось во время поездки?

— Ничего страшного, — отозвалась я. — Пойду вымою руки.

Тщательно вычищая землю из-под ногтей, я тянула время, лихорадочно соображая, с чего начать разговор.

— Так о чем болтали мама с Изрой? — поинтересовался Леви, пока я вытирала руки полотенцем. — Если тебя чем-то расстроили, я могу с ними поговорить.

— Не стоит. Они вели себя чудесно.

— Но тебя явно что-то тревожит. В чем дело?

Оттягивать момент можно было до бесконечности, но я и так слишком долго закрывала глаза на правду, а теперь требовалась ясность.

— В машине проскользнула одна фраза... о том, что ты никак не мог остепениться, потому что ждал ту самую, единственную, — пожала я плечом. — Заставило о многом задуматься.