Книга Моя Академия 2, страница 87 – Евгений Син, Валерий Листратов

— А такие есть? — удивляюсь.

Алекс внимательно слушает наш разговор. Похоже, завхоз делится редким, да и время у нас еще есть.

— Да, они туда ходят с проводниками, — поясняет Германыч. — Эти проводники каким-то неведомым образом находят выходы обратно в наш план. Описать человеческим языком, что с ними происходит в плане инферно, ходившие не могут. Там всё предельно странно. Все, кто ходили, рассказывали разные истории. И друг на друга эти истории не сильно похожи.

— А что за проводники? — интересуюсь.

Завхоз выжидающе смотрит на куратора. Видимо, таким образом, дает ему слово.

— О, это редкие маги, их очень мало, — Алекс оживленно вступает в нашу беседу. — У нас на всю империю всего четыре человека. Они могут вывести из инферно и найти дорогу назад. Это, собственно, единственное основное их свойство. По типу своеобразных ищеек. Но невероятно редкое.

— И что, часто ходят? — задаю вопрос.

— Ну как тебе сказать? — мнётся куратор. — С учётом того, что практически любые материалы из инферно стоят как чугунный мост…

— Нечасто, — вмешивается Германыч, улавливая в моем вопросе намек. — Их всего четверо. И видели они предостаточно, да и заработали уже очень прилично. Редко что заставляет магов пойти в инферно и вернуться. Тем более, провести за собой людей. Первый свой год каждый, конечно, ходил и не по одному разу, теперь их нужно чем-то заинтересовывать.

— И как получается? — обращаюсь к завхозу.

— У императора получается, — отвечает он. — Богатство — это ещё не всё. Маги работают на империю. Чаще всего против своей воли, ради подтверждения дворянского звания. Так что такой себе талант, конечно…

Удивляюсь самой мысли, что кто-то ходит между мирами. Сама возможность поражает, пусть даже наши миры отличаются. Попробовать, безусловно, хотелось бы, но, учитывая все сказанное, шансы побывать в другом мире всё-таки не то чтобы большие. Может, оно и хорошо. Мысли проносятся в голове, но пока не заостряю на этом вопросе особого внимания.

— А почему вы сказали, что я не должен был сюда попасть? — задаю вопрос, который мучает меня с самого начала разговора. — Мы же один раз попадали в подобный коридор всей группой. Тогда это было в разы опаснее.

— Да, попадали, — соглашается Германыч. — Только ты не знаешь, что кроме вашей группы, успел провалиться ещё один парень. Да еще в таком месте, где мы точно всё закрывали. Тенденция мне не нравится.

— Почему так происходит? — спрашиваю.

— Сам не понимаю, — качает головой завхоз. — Мы с подобными заклятиями работаем уже не первый год, да и не первое десятилетие. Всегда удавалось выровнять пространство и наладить общую устойчивость. А сейчас у нас целых два, с натягом, если брать вашу группу, тогда три подобных происшествия за неполные две недели. Это ненормально, поэтому меня это беспокоит, — делится со мной Германыч. — Ладно, давай смотреть, студент, чего ты там набил, — завхоз переводит разговор и смотрит в сторону двух других преподавателей.

Они уже вовсю рассматривают и разделывают убитых монстров.

— Какие-то ядовитые гады, — сообщаю. — Раньше таких не видел.

— Знаем, — кивает Германыч и смотрит на убитых монстров. Те валяются по коридору как смятые тряпки. — Засадники. Хорошая зверюга. Неплохо ты поработал. Только продать их никому, кроме государства не сможешь.