Книга Моя Академия 6, страница 50 – Евгений Син, Валерий Листратов

Дама выдерживает паузу. Смотрю на директора — для него новость настолько же неожиданная как и для нас.

— Сами медали я вам, естественно, не привезла, — поясняет женщина. — Утверждение займёт примерно месяц. Но руководство города и лично градоначальник просили меня передать, что списки уже поданы. Они заверены руководством батальона зачистки. Почти наверняка каждый из вас получит эту медаль.

Удивлённо слушаю новые вводные и не понимаю — а нам что с того? Переглядываюсь со своими. Директор ловит мой очередной взгляд и одобрительно кивает. Снова переключаюсь на дамочку.

— Мы очень благодарны руководству города, — как можно уважительнее отвечаю ей.

Эту фразу она воспринимает нормально.

— Мы не могли поступить иначе, — добавляю.

Женщина удовлетворённо кивает. Она быстро мобилизуется, несмотря на неожиданные реакции и обстоятельства. Все поручения в любом случае выполнены. Как именно — другой вопрос. К определенным компромиссам нам удалось прийти.

— Свою работу я закончила, — подытоживает дамочка. — Документы оставляю. Очень надеюсь, что вы внимательно ознакомитесь и всё подпишете.

— Как и договаривались, не переживайте, всё будет в лучшем виде, — усмехается директор, поднимаясь из кресла.

— Не провожайте меня, слишком мало времени, — женщина в форме прерывает намерения Генриха Олеговича. — Мне ещё надо успеть в расположение батальона, — чуть мягче поясняет она.

Самостоятельно покидает кабинет директора, хлопнув дверью немного громче положенного. Всё-таки результатом она не сильно довольна. Понять можно — в её голове наверняка всё складывалось более гладко и легко.

— Медаль за отвагу — редкая награда, — говорит нам директор. — И госпожа лейтенант всё правильно сказала. Гражданские очень редко получают такую медаль. Она вам пригодится практически в любых ситуациях. И, кстати говоря, награда — статусная, поэтому обязательна к ношению.

— Получается, нам повезло? — спрашивает Аглая.

Никто из нас пока не осознает ценности, о которой с воодушевлением рассказывает директор.

— Вроде того, — по-доброму смеётся Генрих Олегович. — Если ваши списки будут утверждены, а они почти наверняка будут утверждены, то вы, наверное, будете первыми на моей памяти студентами, не достигшими двадцати лет, которые получили подобные награды. Надо сказать, заслуженно. Вы молодцы, Академия вами гордится.

— Рады стараться, — отвечаю. Похвала директора особенно приятна. — А что по поводу документов. — Киваю на бумаги.

— А документы — как только получу подтверждение, снова вызову вас в свой кабинет для подписания, — поясняет Генрих. — Пока подтверждения нет, для всех лучше, чтобы об этом никто не знал. Раз Министерство Внутренней Безопасности решило засекретить информацию о прорыве, значит, решают свои вопросы. Какие именно — не знаю. И вам искренне не советую лезть в дела Министерства. Лишнее это. Как обычно, суеты много, а пользы не получите.

Директор буквально в двух словах раскладывает всю ситуацию.

— С вашей же просьбой вы попали идеально, — снова хвалит. — Наверное, это максимум того, что можно было вам получить при их помощи. Абсолютно нематериальная вещь — а это немаловажно. Важность распределения сами понимаете — тоже хорошо. А Министерству осуществить подобный запрос не сложно, особенно при желании и замолвленном вовремя словечке. Молодцы. Вот прям молодцы, хорошо придумали. В общем, всё, больше не задерживаю. Можете быть свободны.