Книга Моя Академия 13, страница 49 – Евгений Син, Валерий Листратов

Пытаюсь осознать само существование пяти одновременных временных линий. Получается плохо.

Встаю с воздушного кресла, которое успел сформировать для себя и Ариадны.

— Раз мы идём дальше — предлагаю действовать по той же схеме: так же, как и раньше, — говорю группе.

Возражений нет.

И снова иду во главе группы под защитой Юрия Олеговича. Следующий по интенсивности магии камень зажат у меня в руке.

Делаем шаг в молочную стену тумана. Потом второй. На третьем просто оборачиваюсь к имперцу и киваю.

Маги собираются и мельком переглядываются. Мы готовы атаковать — и снова вылетаем с тропы прямо посреди боя.

Возле этого портала снова ничего нового: попадаем в самое начало боя, пока без контролера: он прячется. К тому же находится достаточно далеко, чтобы нам грозила опасность — всё ещё можем достать его глобальной техникой. Что, собственно, и происходит. Над полем снова загорается рукотворное солнце — и Юрий Олегович сразу после этого оседает на созданный из воздуха диван.

— Дальше ты, — кивает физруку. Тот без слов приступает к работе.

Две трети безумного боя сгорает в яркой вспышке имперского мага. Но оставшаяся треть монстров, при прочих равных, может доставить нам большие неприятности. Беспокойство всё равно не приходит — Юрий Олегович не задействовал свой козырь. У него точно остались запасы — просто именно сейчас лучше восстановиться. Это понимают все.

Менталистки помогают физруку, подставляя под его удары самых крупных или опасных тварей. Ариадна работает в тандеме с Юлей — и пару раз я ловлю её довольный взгляд. Видимо, в Академии менталистов дела теперь идут совсем иначе. Думаю, внимание имперского мага сразу повысило рейтинг Ариадны. Во взгляде девчонки появляется то, чего не было раньше. Девчонка довольна и намного больше уверена в себе. Всё чаще она действует без советов менталистки имперского мага.

А может быть, это именно то, о чём раньше упоминал Юрий Олегович: быть приписанной к конкретному магу — для менталистов вершина возможностей и максимальная свобода, которую только можно представить. В таком случае у Ариадны должны были появиться недоброжелатели. Что ж, я могу им только посочувствовать. Состраданием девушка особо не болеет и вторую щеку, похоже, не подставляет. Не делала этого, когда была медсестрой, а сейчас тем более не собирается. Зато чувство справедливости у неё развито значительно сильнее, чем погоня за бонусами. В госпитале она прикрывала меня именно потому, что считала это правильным.

С армией монстров разбираемся как по накатанной. Ничего нового или необычного: можно сказать, схема уже отработана.

— Орлов? — вопросительно смотрит на меня Юрий Олегович, показывая на в очередной раз вспыхнувшее окно портала.

— Я это всё уберу, просто чуть попозже, — говорю ему. — Главное, чтобы на поле не появилось никого нового. Но, надеюсь, что в любом случае такой армии монстров тут уже не будет.

Не говорить же имперскому магу о том, что как только мы отсюда уйдём, время застынет, и поле снова станет для меня замороженным — и простоит в таком состоянии до тех пор, пока не вернусь. Правда, подозреваю, что это правило действует только пока я сам нахожусь в межреальности. Если вдруг выйду в свой мир, местное время снова запустится — и, вернувшись, могу обнаружить много изменений. Это тоже один из законов мира изнанки, который вывожу для себя. Никакого внутреннего протеста он у меня не вызывает.