Книга Моя Академия 14, страница 88 – Евгений Син, Валерий Листратов

— Юрия Олеговича? — удивляюсь.

— А ты знаешь ещё одного имперского мага? — усмехается целитель. — Чтобы ты понимал, Юра распорядился официально. Это не личная просьба, — вздыхает он. — Ты ему зачем-то сильно нужен.

— Это так, — соглашаюсь. — На мне действительно завязан один неприятный проект. С ним нужно поскорее закончить, иначе всем будет плохо. И вся эта ситуация грозит проблемами внутри Империи.

— Ой, не надо мне этого всего рассказывать! — отмахивается Пилюлькин. — Это вообще не моё дело… Империи — шмиперии… У меня есть студент со знакомыми рисками и узнаваемой проблемой. И есть распоряжения, спущенные через министерство. Юра знал, что делал, так как в обычных условиях я бы послал его лесом. Если придется соблюдать те сроки, которые он обозначил, шанс навредить тебе сильно повышается.

Слово «сроки» целитель выделяет с нескрываемым презрением.

— Нашим работникам всё это не объяснить, — продолжает Пилюлькин. — Поэтому Юра зашёл с очень неправильной стороны, и я ему это припомню. Но игнорировать официальную писульку я не могу.

— Извините, но мы же с вами недавно виделись, почему вы не сказали? — удивляюсь.

— На тот момент ещё не было распоряжений. И программу я тебе составил раньше, чем пришла бумага из министерства, — морщится Пилюлькин. — Они мне спустили взаимоисключающие параграфы. Тебя нужно поставить в строй быстро, и тебя нужно поставить в строй безопасно… ну, почти… Вот смотри, тут разворачивают… — он показывает мне документ на большом экране. — «…Магические навыки студента не должны пострадать…» Им вообще наплевать на твоё здоровье. Главное, чтобы ты мог и дальше пользоваться магией.

— Понятно. Я примерно это и предполагал, — соглашаюсь.

— Как-то ты слишком спокоен, Орлов, — замечает целитель. — Ты что ли не понимаешь, что они хотят сделать тебя инвалидом? Им плевать на твоё самочувствие и на твоё будущее: лишь бы ты мог выполнять их хотелки…

— Не сказал бы, что это хотелки, Константин Иванович, — отвечаю. — Мне тоже не нравится сам подход, но при этом я могу его понять.

— Орлов! Ты меня слышишь? Инвалидом! — повторяет Пилюлькин. — Услышь меня. Ты можешь перестать ходить или перестать самостоятельно есть. Например, будешь питаться через трубочку. Тебя это устраивает? — Он смотрит на меня в упор, ожидая реакции.

— Не всё так плохо, Константин Иванович… — стараюсь объяснить, но целитель непреклонен.

— Вот именно, что всё плохо, Орлов! Вот именно! — продолжает объяснять Пилюлькин. — То, что они просят меня сделать… Я, конечно, могу, но при всём моём уважении к закону, я никогда на это не пойду. Как целитель, я знаю несколько способов. Но все они предельно опасны для человеческого организма. Понимаешь? Сделать из мага обрубок человека, который будет выполнять одну функцию — возможно. Да, со временем человек восстановится, если будет располагать достаточным количеством времени и деньгами. Всё-таки мы, целители, не зря едим свой хлеб. А Империя постоянно воюет на разных территориях, так что задача тривиальная.

Внимательно слушаю Пилюлькина и не перебиваю. Очевидно, что на него накатывают личные воспоминания, о которых он упоминает только вскользь.

— Скорее всего, впоследствии маг сможет снова стать вполне себе адекватным членом общества, восстановить все потерянное, — продолжает целитель, размахивая руками. — Но он никогда не забудет период беспомощности. И этот период может оказаться очень долгим.