Книга Идеальный мир для Химеролога 4, страница 58 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

В тишине раздался громкий всхлип Катерины.

— Ты чего? — удивился Андрея, глядя на неё.

— Птичку жалко… — она вытерла слезу. — Он, конечно, болтливый был, но… Может, похороним хотя бы? Коробку красивую найдём…

Валерия хотела было что-то сказать, но не успела.

Кучка перьев у стены зашевелилась. Послышался хруст, как будто кто-то ломал сухие ветки, потом чавканье.

Кеша медленно поднялся. Он встряхнулся, и перья встали на место. Голова, которая была свёрнута набок, с громким щелчком вернулась в нормальное положение.

Попугай потянулся, расправил крылья, хрустнул шеей вправо, потом влево.

— Ух, бодрит! — проскрипел он.

Он посмотрел на связанного мужика, который теперь таращил на него глаза, полные первобытного ужаса.

— Ну, ладно, — буднично произнёс Кеша, взлетая и усаживаясь обратно на свой стул. — На чём я остановился? Ах, да. Хотел тебе рассказать шутку… Как-то встречаются два попугая. Отгадай: что было дальше⁈

Пленник, несмотря на кляп, замычал, пытаясь кричать. Его глаза вращались, как у сумасшедшего.

— Ммм!!! Ммм!!! Ммм!!!

Он выплюнул кляп.

— А-а-а!!! Убейте меня!!! Я всё расскажу!!! Всё, что хотите!!! Кто послал, где деньги, пароли, явки!!! Только уберите его!!!

Валерия посмотрела на своих спутников.

— Ладно, — сказала она, беря их под локоть. — Идём отсюда. Насмотрелись уже. Мазь в другой стороне.

* * *

Я стоял посреди разгромленной поляны.

«Так, что дальше?» — я сверился с мысленным списком дел.

Нужно было возвращаться. Но не просто так. Этот сектор леса явно был аномальным, и я хотел понять почему. Слишком много мутаций на квадратный метр. Слишком активная фауна.

И Агнесса… Чёрт, точно. Она же видела, как меня выкинуло из машины. Скорее всего, сейчас она сидит в своём бронированном «кабриолете», мысленно выбирает венок на мою могилу и сочиняет некролог.

Надо бы с ней связаться. Но телефон здесь не ловил. Да и батарея села ещё час назад.

— Ладно, — сказал я сам себе. — Доберусь до дома, позвоню. А пока — экскурсия.

Я закинул рюкзак на плечо и неспешно пошёл по звериной тропе.

Идти было тяжело. Ноги гудели, тело ныло после встречи с гигантской тварью. Но мозг работал чётко, отмечая детали.

Вот след когтей на коре — кто-то метил территорию. Интересно. А вот здесь земля выжжена — стихийный выброс или следы магической схватки?

Я шёл, погружённый в анализ, пока мой взгляд не зацепился за что-то странное в кустах. Какое-то слабое, практически незаметное свечение.

Я раздвинул ветки папоротника.

Прямо из кучи чего-то, что подозрительно напоминало помёт гигантской химеры, рос цветок. Невероятной красоты, с полупрозрачными лепестками, внутри которых пульсировали прожилки энергии.

— Ого… — присвистнул я, присаживаясь на корточки. — А вот это уже очень интересно.

Я не ботаник, конечно, но кое-что понимаю. Это семечко прошло через пищеварительный тракт какой-то очень мощной мутировавшей твари. Желудочный сок, насыщенный магией и токсинами, не переварил его, а, наоборот, активировал. Оболочка размякла, напиталась силой, и когда семечко вышло… гхм… естественным путём, оно попало в идеальную, богатую органикой среду.

Результат — растение с уникальными алхимическими свойствами.

— Пригодится, — решил я.

Достал нож, аккуратно подкопал корень вместе с комом «удобрения» (не пропадать же добру) и, завернув в плотный пакет, убрал в рюкзак. Из этого цветка можно вытянуть экстракт, который усилит действие любой регенерирующей мази минимум раза в три.