Книга Идеальный мир для Химеролога 4, страница 28 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— В смысле⁈ — опешила Валерия. — Вик, ты в своём уме? Две тысячи!

— Вот именно, — я отпустил павлина и вытер руки. — Ни один здравомыслящий человек не будет платить две тысячи за лечение хомяка, который в магазине стоит пять рублей. Это либо развод, либо ловушка. Скорее всего, второе. Так что нет.

Валерия хотела было возразить, но я бросил на неё такой взгляд, что она лишь поджала губы и, развернувшись, ушла обратно в приёмную.

Я проводил её взглядом. Ну а что? У меня уже был опыт общения с местными бандами. И я прекрасно понимал, что просто так такие деньги не предлагают. Это приманка. Дешёвая и очевидная.

Через десять минут Валерия вернулась. На этот раз её лицо выражало целую гамму эмоций — от шока до азарта.

— Они удваивают ставку! — прошептала она, подбегая ко мне. — Четыре тысячи! И там уже не хомяк!

Я удивлённо поднял бровь.

— В смысле, не хомяк? Его что, за десять минут успели на кого-то обменять?

— Его сожрали! — выпалила она.

— А вот это уже меняет дело. Рассказывай.

— В общем, они позвонили, сказали, что готовы заплатить четыре тысячи. Потому что пока они ждали твоего ответа, их хомяк сбежал из клетки, его сожрала их домашняя химера, и теперь эта химера подавилась и её рвёт с кровью!

Я несколько секунд молча смотрел на неё. А потом расхохотался.

— Какая прелесть.

— Что смешного⁈ — не поняла Валерия. — Там животное умирает!

— Конечно, умирает, — кивнул я. — Потому что это ловушка. Причём настолько тупая и предсказуемая, что мне даже как-то обидно за тех, кто её придумал.

В моей голове тут же всплыла похожая история. Когда-то меня так же пытались заманить в ловушку одни работорговцы. Обещали показать «уникальную поющую сирену», а когда я пришёл, оказалось, что сирена — это просто хитрая голографическая проекция, а меня уже ждёт засада из полусотни наёмников. Тогда, правда, всё закончилось для них не очень хорошо.

— Люблю, когда всё так предсказуемо, — сказал я, поднимаясь. — Скучно, но зато знаешь, чего ждать.

— Так ты поедешь?

— Конечно, поеду. Четыре тысячи, знаешь ли, на дороге не валяются. К тому же, мне любопытно посмотреть на этих гениев.

— Вик, а это не опасно?

— Опасно, — согласился я. — Но мы же любим, когда опасно. Это держит в тонусе.

Я вышел из операционной. Нужно было подготовиться. Просто так, с голыми руками, в логово к волкам я не полезу.

«Так, кого взять с собой?» — размышлял я, направляясь в подсобку.

Рядовая — слишком заметная. Её вид в тактической броне может вызвать ненужные вопросы ещё на подходе.

Борис? Нет, он специалист по диверсиям, а не по лобовым атакам.

Значит, остаётся только один кандидат.

Я спустился в подвал, где в своём личном, специально оборудованном вольере, дрых Псих. Он спал, развалившись на старом матрасе, и тихо похрапывал.

Я подошёл и легонько толкнул его в бок.

— Подъём, боец. Нас ждут великие дела.

Псих открыл один глаз, лениво зевнул, обнажив два ряда острейших зубов, и посмотрел на меня. В его взгляде читался немой вопрос: «Опять?»

— Ага, опять, — кивнул я. — Идём на прогулку. Возможно, с элементами геноцида.

Пёс тут же вскочил. Его сонливость как рукой сняло. Он встряхнулся, радостно завилял хвостом и выжидающе уставился на меня.

— Вот и отлично. Пошли, развлечёмся. А то я что-то засиделся за лечением этих ваших хомяков. Душа просит праздника.