Книга Идеальный мир для Химеролога 5, страница 40 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Ну вот, почти срослось.

Валерия покачала головой. С этим человеком невозможно разговаривать как с нормальным.

— Просто, чтобы я понимала, — сказала она, вставая с дивана и поправляя юбку. — Мне сейчас идти работать, принимать звонки от клиентов и делать вид, что ничего не случилось? Или открывать сайт по поиску работы и обновлять резюме, потому что мой начальник — суицидник с тягой к саморазрушению?

Виктор поставил чашку на стол и посмотрел на неё своим фирменным пронзительным взглядом.

— Иди работай, Лера. Сайт тебе не понадобится. Я же обещал, что всё будет под контролем. А я свои обещания держу. Даже если для этого приходится иногда… немного пострадать.

— Немного… — фыркнула она.

— Ну, самую малость. Всё, иди. Там наверняка уже очередь. А мне нужно ещё… заштопать пару дырок.

Валерия закатила глаза, но пошла к двери. На пороге она обернулась.

— Если ты умрёшь, я тебя сама добью. Понял?

— Договорились, — улыбнулся он.

* * *

Я прислушивался к тому, как внутри организма с тихим хрустом и влажным чавканьем встают на место органы.

Ощущения, прямо скажем, на любителя. Будто внутри меня бригада гастарбайтеров делает перепланировку без согласования с жильцами. Печень регенерировала с такой скоростью, что чесалась где-то под рёбрами. Сломанная ключица уже срослась, оставив после себя лишь ноющую фантомную память о боли.

В целом, я был доволен.

Этот Масленников… Мясник-Вивисектор, как его пафосно окрестили в сводках. На поверку он оказался не столько сильным химерологом, сколько просто накачанным под завязку ходячим химзаводом.

В нём плескалось столько дрянь-эликсиров и мутагенов, что удивительно, как он не светился в темноте. Его сила была дутой, искусственной. Как мышцы, накачанные синтолом — выглядят внушительно, а на деле — пшик.

Зато армия у него была моё почтение.

Я вспомнил те бесконечные тоннели, которые кишели тварями. Неудивительно, что он сумел сбежать от гвардейцев. У него там было целое «метро», забитое монстрами.

Уровень контрабанды в этом городе начинал меня впечатлять. Протащить в столицу, под носом у Тайной Канцелярии, столько биоматериала, вырастить его, прокормить… Это требовало логистики уровня небольшой армии.

— Гхм… — я поморщился, когда ребро окончательно встало в паз.

В голове всплыла картинка из недавней бойни.

Масленников стоял на возвышении, его левая рука превратилась в жуткий костяной хлыст, покрытый ядовитой слизью. Он орал что-то про величие, про то, что я — пыль под его ногами.

— Ты сдохнешь! — визжал он, брызгая слюной. — Мои творения разорвут тебя! Я вырежу твоё сердце и скормлю его химерам!

Он был дерзким и наглым. Очень уж самоуверенным в своей неуязвимости.

А потом я просто сделал шаг в сторону, уходя от удара его хлыста, и щелчком пальцев отправил в полёт маленький костяной осколок — заготовку для иглы.

Чпок.

Звук был тихим, почти не слышным из-за рёва его зверинца.

Масленников схватился за лицо. Между его пальцев потекла тёмная жижа. Один глаз вытек. Мгновенно. Безвозвратно.

И вот тут произошло чудесное преображение. Вся его дерзость и пафос испарились, как утренний туман. Он замолчал. Как-то сразу скукожился. И начал очень внимательно следить за своим языком, понимая, что следующая «игла» может прилететь не в глаз, а в мозг.