Книга Идеальный мир для Химеролога 8, страница 40 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Монстр развалился на бегу. От него отваливались куски мяса, кости рассыпались в прах. Через пару метров по инерции проехалась уже просто бесформенная лужа биомассы, которая дымилась на асфальте.

— Работает, — кивнул я. — Нестабильность — их слабость.

Вторая тварь, увидев гибель собрата, не побежала, а прыгнула, пытаясь раздавить меня весом. Я ушёл в сторону и, когда она приземлилась, ударил её по хребту, используя технику «Костяного Резонанса», мгновенно насытив её скелет избытком кальция и усилив костную ткань в сотни раз.

Это звучало как усиление, но на деле было приговором. Тварь попыталась встать… Её собственные мышцы, сокращаясь, сломали ей перекаленные, ставшие хрупкими, как стекло, кости. Она дёрнула лапой — и лапа хрустнула в трёх местах.

Монстр завыл. Его регенерация тут же начала сращивать переломы. Кости срослись… стали ещё твёрже… и при следующем движении снова сломались.

Это была бесконечная петля боли. Каждое движение ломало тело, регенерация восстанавливала его, делая ещё более хрупким, и оно ломалось снова. Тварь билась на асфальте, превращая себя в мешок с костяной крошкой.

Третий монстр, самый крупный, замер у своей баррикады из машин. Он понял, что лобовая атака — плохая идея.

И тут из переулка выскочил Кенгу. На его лапах сверкали два массивных стальных кастета. Он был в боксёрских трусах (где он их взял — для меня тоже загадка) и прыгал вокруг монстра, как заправский боец на ринге.

— Сударь, не изволите ли вы провести со мной спарринг? — предложил он.

Монстр огрызнулся, попытался ударить лапой. Кенгу уклонился, нырнул под удар и провёл серию ударов в мягкое подбрюшье твари. Удары были такой силы, что тварь подбросило. Но Кенгу не останавливался, работая по корпусу, сбивая дыхание, ломая рёбра…

— Левой коронный, правой похоронный! — комментировал он свои действия.

А с другой стороны улицы показался Радик. Моя бронированная обезьянка бежала, весело улюлюкая. За ней гналась стая мелких, но злобных тварей — зубастые колобки на ножках.

Радик не пытался драться. Он просто бежал, иногда останавливаясь и показывая преследователям язык. Твари в ярости бросались на него, впивались зубами в его кристаллическую броню… и с визгом отлетали, ломая зубы об его шкуру.

Они царапали его, грызли, били хвостами… но всё было бесполезно. Радик был неуязвим. Он только хихикал, когда очередной монстр ломал себе челюсть об его тело.

Постепенно поток тварей иссяк, я добил последнего монстра и пошёл обратно в клинику.

— Вик, ты как? — спросила Валерия. — Всех победил?

— Ну, скажем так, провёл разъяснительную работу…

— Вик… — Валерия посмотрела на меня странным взглядом. — Слушай, а ты… ты уже был в своей новой комнате?

— В какой комнате?

— Ну, в той, которую тебе Агнесса оборудовала. Туда же все подарки стащили, которые она прислала после своего освобождения. Там коробки, ящики… Она сказала, это сюрприз.

Я застыл на месте.

Комната… Подарки… Точно!

Я совершенно забыл про это. А ведь Агнесса говорила, что приготовила что-то особенное.

— Чёрт… — я хлопнул себя по лбу и пошёл в то крыло.

Ну, что можно сказать… Агнесса явно не поскупилась.

В центре помещения стоял массивный стол с чёрной матовой поверхностью, похожий на какой-нибудь алтарь. Вокруг него стояли ящики с маркировкой «Имперский Арсенал», «Секретно» и «Не кантовать, взорвётся».