Книга Идеальный мир для Химеролога 10, страница 23 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Вот видишь, — он указал на неё пальцем. — Уже не икает. Успокоилась.

— Виктор, что ты наделал⁈ — подскочила Валерия. — Она же в обморок грохнулась!

А маленькая Оля, всё это время сидевшая рядом с матерью, даже не перестала жевать. Хрустнула очередной печенькой, поболтала ножками и довольная уставилась на всю эту кутерьму — интересно же, когда следующих зверушек покажут.

* * *

Резиденция графа Игнатьева

Барон Скопин перекатывая между пальцами хрустальный бокал с коньяком. По его левому предплечью, плавно огибая золотые запонки, скользила изумрудная змея. Редкая теплокровная химера скребла мелкими чешуйками по дорогой ткани пиджака.

— Вы хоть понимаете, как мы сейчас выглядим? — подал голос граф Игнатьев. — Лазаревых просто стёрла эта соплячка Новикова!

— Мы договаривались выступить единым фронтом через две недели, — буркнул сидящий у камина князь Шаховский, выдыхая дым сигары. — Нужно время, чтобы подготовить гвардию и согласовать удары. Кто же знал, что эта девка сорвётся с цепи и устроит резню прямо в городе?

Скопин чуть пригубил коньяк. Ему было откровенно смешно наблюдать за этой паникой. Ещё утром они вальяжно обсуждали, как будут делить шкуру Новиковой. Девочка слишком быстро набирала вес, её имя начало раздражающе часто звучать в кулуарах Императорского дворца. Она лезла в большую политику, ломала устоявшиеся схемы поставок, получала жирные правительственные квоты. Никому из присутствующих здесь старых волков не нужен был новый игрок на их территории.

А теперь их главный союзник, Лазарев, который должен был выступить тараном, превратился в горстку пепла.

— Ладно, Игнатьев, хватит голосить, — подал голос барон Лыткин. — Лазарев сам виноват, нечего было расслабляться. Вопрос в другом. У него зависли два крупных порта и текстильные мануфактуры. Плюс каналы контрабанды ингредиентов через южную границу. Если мы сейчас будем сопли жевать, эти активы подберут конкуренты.

— Я заберу порты, — тут же отреагировал Шаховский. — У меня там свои люди в таможне, быстро всё переоформим.

— А теневой сектор и ночные клубы Лазарева я возьму под своё крыло, — встрял Игнатьев. — Я знаю его решал, они перейдут ко мне без лишнего шума.

Скопин позволил себе лёгкую усмешку. Вот она хвалёная аристократическая солидарность. Земля на могиле союзника ещё не остыла, а они уже деловито потрошат его карманы. Изумрудная змея скользнула по его груди, обернулась вокруг шеи и положила плоскую треугольную голову ему на плечо, пробуя прокуренный воздух раздвоенным языком.

— Вы упускаете главную проблему, господа, — негромко произнёс Скопин.

Его голос заставил остальных замолчать. Скопина в этом кругу недолюбливали, но слушали всегда. У него был нюх на чужие секреты.

— Порты и клубы — это прекрасно. Но если мы проглотим уничтожение Лазарева, об нас начнут вытирать ноги все, кому не лень. Репутация альянса пробила дно. Нам нужно нанести Новиковой ответный удар. Причём такой, чтобы она взвыла, а весь Петербург усвоил: трогать наших людей смертельно опасно.

— И куда бить? — спросил Игнатьев. — Штурмовать её особняк? Ты видел записи с камер? Да у неё гвардия укомплектована лучше, чем некоторые армейские части!

— Зачем ломать стены, если можно перекрыть кислород? — Скопин погладил змею по гладкой чешуе. — Мне тут мои люди напели одну очень интересную информацию. Я долго копал, сопоставлял факты… И, кажется, разгадал феномен резкого взлёта нашей дорогой Агнессы Павловны. У графини появился один крайне полезный наёмный рабочий. Мелькает рядом с ней постоянно, решает вопросики… Зовут Виктор Химеров. Главврач убогой ветеринарной клиники где-то на задворках Адмиралтейского района.