Книга Идеальный мир для Химеролога 14, страница 50 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— С госпожой Еленой всё в полном порядке, — торопливо затараторил Анохин. — Никаких ран, никаких повреждений нет. Цела и невредима, стоит на ногах… Но вы сюда… лучше не приезжайте. Умоляю вас.

Грановский несколько мгновений пытался понять услышанное.

За долгую жизнь ему всякое доводилось слышать. Полвека он управлял канцеляриями и тайными службами; министры с генералами подбирали слова, даже государь облекал пожелания в беседу. Теперь собственный капитан просил его держаться подальше от дочери. Тридцатилетний Анохин. И говорил, что с ней всё хорошо.

— Ты помнишь, с кем говоришь, капитан⁈ — воздух в салоне стал тяжелеть от выплеснувшейся наружу мощи Одарённого.

— Прекрасно помню, Ваша Светлость, — с какой-то обречённой тоской отозвался офицер. — Нахожусь в полном здравии, в трезвом уме и ясной памяти. Готов пойти под трибунал, под разжалование, под любую кару… Но прошу вас как отца: не приезжайте сюда.

Грановский швырнул трубку на базу, оборвав разговор.

Кровь стучала в висках так, что мешала думать.

«С ней всё в порядке, но не приезжайте⁈»

Что надо было увидеть, чтобы умолять об этом отца? От чего Анохин пытался его уберечь?

Может, ей повредили рассудок. Или в тело уже въелась скверна, а капитан нашёл силы сообщить только то, что она жива. Грановский представлял дочь на столе для ритуалов, изувеченную чужими руками.

Между окнами заскрипела стойка. Он выпустил слишком много силы: толстая броня салона под давлением начала сминаться.

— Ускоряйся по полной! — гаркнул Грановский, подавшись вперёд. — Жми всё, что есть в котле!

Водитель побелел, вдавливая педаль. Двигатель взревел, машина рванула так, словно силы в ней прибавилось вдесятеро.

Герцог сидел с зажатыми кулаками.

Если они добрались до Елены, дело кончится расправой. Судить их он будет сам, без канцелярских допросов и трибуналов.

Он дойдёт до каждого логова. Раздавит виновных, пусть вместе с ними придётся крушить целые кварталы.

Сейчас он готов был отдать за ошибку Анохина всё, чем владел их род. Титулы с золотом, власть. Лишь бы капитан нёс околесицу, а Елена встретила его здоровой.

На вираже взвизгнули покрышки. Внедорожник вылетел в переулок перед ветеринарной клиникой.

* * *

— Шевели плавниками, — велел я, направляя порцию энергии в головной нервный узел ската.

Скат ответил через мысленную связь и сильнее взмахнул крыльями. Мы шли на высоте добрых двух километров; холодный воздух сёк лицо. За час сбили шесть крылатых падальщиков, ещё десяток стай разогнали одним видом. Для охоты день выдался бы удачный. Агнесса, правда, вряд ли оценила бы задержку.

Алая метка пространственного следа была уже близко.

Внизу лежали Дикие Земли. Сквозь кроны проглядывали остатки трактов, разбитых корнями, и каменные коробки древних построек. За пару столетий лес почти всё забрал. Ни жилья, ни пограничных постов я здесь не видел. Колёса в этих дебрях бесполезны, а пешему пришлось бы пробиваться через сотни тварей. Мы добирались по воздуху.

У нижней кромки облаков я остановил ската в дрейфе.

Дымка скрывала постройки. Прикрыв глаза, я усилил зрение и повёл к земле поисковые нити, а следом пустил заклинание связи, настроенное на отклик плоти.

Я ведь уже лечил Агнессу: переделывал внутренние каналы, заращивал повреждённые сосуды. После такой работы связь оставалась крепкой. Достаточно было нащупать её, и можно разговаривать мысленно.