Книга Идеальный мир для Химеролога 15, страница 31 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Пойдёмте со мной, дорогая, — сказала Валерия и осторожно взяла её под локоть. — Вам сейчас действительно лучше прилечь.

Валерия увела её; Нина засыпала на ходу.

Когда шаги за дверью затихли, я снова посмотрел на Грановского:

— А теперь давай поговорим без посторонних. У меня есть решение, как вычистить эту шваль предельно жёстко. Но мне нужен твой ресурс.

— В таких вопросах можешь рассчитывать на полное содействие, — сразу ответил Грановский. — Что конкретно требуется?

— Мне нужен один человек. Девушка или женщина — без разницы. Максимально отбитая, свирепая и подготовленная. Такая, которая способна в одиночку ворваться в логово психопатов, разметать всех в клочья, выдержать натиск боевых химер, будучи заражённой вирусным штаммом, и спокойно дожить до подхода штурмовиков. Понимаешь, о ком речь?

Сам я понятия не имел, водится ли у Грановского подобный кадр. Описал, кто мне нужен, и спрашиваю, понимает ли он. Старик полвека провёл в спецслужбах, наверняка людей повидал. Вот пусть сам и вспоминает, кто подойдёт на роль такого тарана.

Грановский потёр подбородок, подумал и кивнул:

— Есть одна кандидатура. Анаконда.

Я усмехнулся:

— Я вообще-то про людей спрашивал.

— Она человек, — ответил старик. — Диана Бодрова. Позывной — Анаконда. Если она в кого-то вцепляется, живым цель уже не выпускает. Мощнейший физик и вдобавок барьерщик высшего класса. Держит непробиваемые щиты на себе и вокруг, запас источника колоссальный. Но девица с явными странностями.

— Идеально. Именно такая нам и нужна. А в чём странности?

— Она почти не оставляет пленных. После её зачисток врачей вызывать бессмысленно, проще сразу заказывать похоронную команду.

— Замечательно! Меньше всего я хочу, чтобы эту падаль брали живьём.

Герцог свёл брови:

— Но чем она поможет? Не пойдёт же она на встречу вместо секретарши?

Я улыбнулся во весь рот.

— Пойдёт. Они сами впустят Анаконду и отведут к девочке.

Грановский всмотрелся в меня:

— Да ладно… Ты серьёзно⁈

Я улыбался всё шире.

— Ты перекроишь её внешность⁈ — спросил он.

— До последнего капилляра и тембра голоса. Родная мать не отличит. Вопрос в другом: секреты она хранить умеет?

— За секреты не скажу, но приказы выполняет безукоризненно. Кроме одного — «проявить гуманизм».

Помолчав ещё, он принялся вспоминать её дело:

— В шесть лет потеряла родителей. В их дом вломились налётчики и перерезали семью на её глазах. Убийцу тогда оправдали: сынок богатого гильдейского купца, взятки, связи, а семья Дианы была нищей. Девчонку отправили в закрытый интернат под патронатом Тайной Канцелярии. Она с детства не знала ничего, кроме тренировок, боевой магии и спаррингов. А в шестнадцать лет судьба свела их снова.

— Выследила гада? — поинтересовался я.

— Нет, чистая случайность. Возвращалась в интернат через парк, и этот выродок напал на неё в сумерках. Бодрова его узнала, спросила, помнит ли он её. Тот расхохотался и заявил, что теперь с удовольствием дорежет последнюю выжившую.

— И?

— Около ста пятидесяти переломов. Разорванные связки, вывернутые суставы. Парень остался жив, но рассудок потерял в первые пять минут от болевого шока. До сих пор пускает слюни в закрытой лечебнице тюремного типа. Купец тогда пытался поднять крик и засудить девчонку, но вмешалась Канцелярия: воспитанников не сдают. Отца тоже прижали по старым делам и отправили валить лес. С тех пор Бодрова служит нам верой и правдой. Ей сейчас под сорок.