Книга Идеальный мир для Химеролога 15, страница 119 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Однако Елизавета посмотрела на меня и покачала головой:

— Оставь, Виктор. Ничего не нужно.

— То есть как — ничего? Совсем? Слушай, ты точно действительный статский советник Империи, а не переодетая фея? Где это видано, чтобы человек твоего уровня брал на себя такой хомут за простое «спасибо»⁈

Елизавета чуть заметно, с какой-то светлой грустинкой улыбнулась уголками губ, скользнув взглядом за стрельчатое окно, где в каменной чаше фонтана дробились солнечные зайчики:

— Мне от тебя за этот надзор ничего не требуется. Просто пусть у вас с Агнессой действительно всё выгорит с этими заводами. Если вы вдвоём доведёте это начинание до прилавков, для меня самой это будет лучшей наградой. Знать, что будущей зимой тысячи малышей не задохнутся от дифтерийного крупа и не останутся слепыми инвалидами после первой вспышки Дара, дорогого стоит. Так что позволь уж и мне поучаствовать в благородном деле без всяких встречных счетов.

Даже ментальное зрение приоткрывать не требовалось — в её голосе не сфальшивила ни одна нотка. Сидит передо мной и от чистого сердца жалеет нас с Агнессой, всерьёз полагая, будто мы тут из высокого человеколюбия последние портки под убыточное дело закладываем!

Я стоическим усилием удержал готовую расползтись до ушей ухмылку, чтобы не сбить пафос момента.

— Что ж, Лиза… — я протянул ей ладонь через белый крахмал скатерти. — Тогда просто человеческое тебе спасибо. Считай, по рукам.

Она по-товарищески ответила на рукопожатие своими тонкими прохладными пальцами:

— До пятницы, Виктор.

— До пятницы, госпожа директор, — подмигнул я ей. — И гляди не проспи к восьми утра: Лера грозилась в твою смену затеять генеральную уборку, так что твоя любимая швабра и вёдра с хлоркой уже заждались!

Астаховская тихо рассмеялась мне в спину, а я, забрав внизу у прилавка обещанную Валерии увесистую, перетянутую шёлковой лентой коробку с заварными эклерами, толкнул дверь на залитую солнцем набережную Фонтанки и вытащил из кармана телефон.

Пора было набрать одну молодую графиню и порадовать её свежей новостью: какой именно неподкупный чиновник Высшей Канцелярии отныне будет лично проверять каждую пылинку на её новом производстве!

Петербург, Российская Империя

Зимний дворец

— Собрались оперативно, молодцы, — Фёдор Владимирович Емельянов обвёл взглядом стол и сцепил пальцы. — Раз вы сидите в этом зале, у каждого из вас есть запас моего доверия.

В закрытом крыле дворца теснились мундиры. Из гражданских управленцев государь вызвал лишь двоих, отвечавших за промышленность и казённые подряды, а остальные кресла заняли генералы и руководители спецслужб.

Напротив императора поскрипывал портупеей командующий округом генерал Корнилов, кряжистый ветеран со шрамом над бровью. Через кресло от него в тёмном кителе сидел глава Гильдии Следопытов Артемий Воронцов; его седые виски в полумраке отливали сталью. Чуть поодаль поблёскивал набалдашник трости герцога Константина Николаевича Грановского, а по правую руку от отца расположился цесаревич Алексей.

Левый фланг занимали офицеры в чёрной форме, на воротниках и шевронах шитьём выделялись пикирующие орлы — дальняя разведка глубокого внедрения. Эти люди неделями не вылезали из чащоб Диких Земель, куда опасались соваться даже матёрые промысловики: выслеживали химер за сто километров от городской Стены, ставили сигнальные маяки и тянули минные поля на подступах к губерниям. Например, сбилась в глуши крупная стая — чёрные мундиры без выходили к ночному водопою, минировали узкий лог и одним залпом клали половину выводка, а уцелевшие твари в панике разбегались по трясинам. Да и против двуногих врагов короны парни с золотыми орлами работали так же жёстко.