Книга Идеальный мир для Химеролога 15, страница 114 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Валерия критически оглядела мой отглаженный воротничок, опустила взгляд на начищенные туфли и хитро прищурилась:

— По организационному вопросу, говоришь? Ой, гляди, Вик, чует моё сердце, ты у нас втихаря на рандеву зачастил! Учти: если там вокруг тебя какая-нибудь фифа начнёт хвостом крутить, ты её сразу к нам на стажировку веди — я её мигом через ведро с хлоркой и третью вольерную на профпригодность прогоню! И да: раз уж едешь в центр, захвати на обратном пути из кондитерской коробку эклеров с заварным кремом. У нас к вечернему чаю после вчерашнего аврала даже сушек не осталось!

— Будут тебе эклеры, вымогательница номер два, — рассмеялся я, толкая входную дверь. — Сговорились они с Кешей с утра пораньше: одному орехи алтайские отсыпай, другой заварные пирожные подавай… Всё, одна нога здесь, другая там!

Поскольку подаренный Агнессой броневик всё ещё стоял на ремонте в боксах её механиков, ловить пришлось обычный городской таксомотор у перекрёстка. Благо погода после ночного потопа разгулялась на загляденье: ветер продул улицы, гранитные набережные сверкали на солнце, а полуденных заторов на мостах не наблюдалось, так что под кованым золочёным кофейником «Аромы» я высадился даже на пять минут раньше уговора.

Кофейный дом внушал уважение прямо с порога. Никакой аляповатой мишуры: основательный купеческий особняк старой кладки, пологая лестница с чугунным литьём, тяжёлые суконные портьеры, отсекающие грохот пролёток с мостовой, и густой дух свежесмолотой арабики вперемешку с горячей ванильной сдобой.

В зале второго этажа царил полуденный покой. Пожилой официант в бордовом жилете, едва услышав фамилию Астаховской, понимающе склонил голову и провёл меня в самый дальний угол, отгороженный от прохода высокой резной ширмой и керамическими кадками с раскидистыми папоротниками.

Елизавета уже ждала за накрытым столиком у узкого стрельчатого окна, выходившего в тихий внутренний дворик с каменным фонтаном.

После того как я вчера мельком видел её в нашей процедурной, перемена радовала глаз. Никакого тебе мешковатого халата с бурыми пятнами антисептика на подоле, никаких резиновых тапочек на босу ногу и косынки, под которую она прятала волосы во время мытья полов. За белой скатертью сидела железная хозяйка высокого столичного кабинета: тёмно-синий мундир действительного статского советника был пригнан по фигуре без единой складки, серебряное шитьё на стоячем воротнике строго поблёскивало, русые волосы убраны в тугой узел на затылке, а осанка такая, хоть стакан с водой на макушку ставь.

Но ещё сильнее меня порадовала другая деталь.

Шагнув за ширму, я на сотую долю процента приоткрыл внутреннее зрение в ментальном диапазоне. И с удовольствием хмыкнул про себя: не впустую пропала моя прошлонедельная лекция!

В тот первый вечер, когда она примчалась ко мне в кабинет после истории в детском стационаре, её только-только проснувшийся Дар эмпата и телепата сифонил во все стороны так, что у меня от её непроизвольных цитат и душевных метаний в ушах ломило. А сейчас вокруг её головы стоял ровный сферический купол. Все её мысли, рабочие прикидки и сомнения сидели взаперти внутри этого купола, не выпуская наружу ни малейшего колебания.

Вот только перестаралась отличница от души: стянула энергетическую оболочку сферы с таким остервенением, словно готовилась принимать на темечко гаубичный снаряд. Стенки купола аж гудели от перенапряжения, а в височных долях и у основания затылка уже наливался свинцом сосудистый спазм.