Книга Юрист с Рублёвки. Том 3, страница 9 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

В старых письмах речь шла о техническом обслуживании. Передачи базы новой фирме там не обсуждали. Решения нашей проблемы в переписке не нашлось. Но теперь у нас были не только слова Воронина о том, что он согласовывал, — были сами письма. Их и сохранили для сравнения с нынешней заявкой.

Когда Полина закончила сохранять первую цепочку, на часах было 02:14.

— Михаил Юрьевич, теперь поговорим о другом. Первоначально мы согласовывали работу по оспариванию решения и противодействию передаче договора с «ФармКор». Сам спор ещё не закончен, эту работу мы продолжаем. Но теперь…

Я видел, что он «понимал», к чему я веду.

— Но…

— Но теперь появился новый узел. Дело набирает обороты, и тут, как вы сами понимаете, уже другая часть нашей работы.

Полина удивлённо посмотрела на меня, я же, молча смотрел на клиента. В моей практике, подобные дела уже были. Ну, точнее, у Громова. Были у меня клиенты, которые из дела раздували что-то жесткое, аж на три-четыре разных этапа. И, любой труд обязан был быть оплачен.

Воронин нахмурился. Он явно хотел возразить, и я понимал почему: ему нужно было объяснить, где заканчивается прежний объём работы и начинается дополнительный.

— Что конкретно нужно оплатить? — спросил он после паузы.

— Дальнейшее сопровождение угрозы передачи доступа. Срочные ходатайства уже отправлены, их подачу я не ставил в зависимость от нового аванса. За уже отправленные документы повторно не платите. Сейчас согласуем проверку следующих материалов, дополнения по ним и мою работу на утренней встрече, куда пригласили «ФармКор». Объём и оплату закрепим отдельно, чтобы потом не спорить, за что именно вы заплатили.

— Сколько?

Я назвал сумму. Она была справедливой. Полина внесла согласованный объём в дополнительное соглашение. Воронин прочитал, подписал и, всё-таки достав телефон, открыл банковское приложение. Подтверждение перевода на счёт конторы пришло через три минуты. Я проверил его, кивнул.

— Это аванс за согласованный дополнительный объём. Проверка новых материалов, дополнения в суд и утренняя встреча. Не плата за обещание непременно остановить Кравцова к девяти.

— Я думал, вы… — он замолчал.

— Что именно?

— Думал, что вы меня бросите, если я не заплачу.

— Не брошу. Но и не буду делать новую работу за старые деньги.

Это не было жадностью с моей стороны, но если я продолжу в моменты своего развития, батрачить за пустоту, то через месяц, я останусь без носков, работая просто на голом энтузиазме.

Воронин молчал. Полина, которая стояла рядом, тоже молчала, вопросительно глядя в затылок клиента.

— Я понял про оплату, — сказал Воронин. — А если мы потом добьёмся отмены того решения… копия базы всё равно у них останется?

— Если её успеют сделать — да. Одна отмена решения её не уничтожит.

Он сидел, уставившись в пол, и молчал. На этот раз я не стал повторять объяснение.

— Значит, к семи сюда, потом к Зинаиде Павловне и в клинику, — проговорил он наконец. — Я помню. А на самой встрече?

— Ничего не подписываете без обсуждения со мной.

— А разговаривать с ними самому или всё через вас?

— Я буду говорить за вас, а вы — отвечать по фактам, которые знаете лично, понимаете? — он кивнул. — Сейчас напишу ещё одному юристу. Если она не спит и согласится помочь, проверит наше дополнение. А утром сможет оперативно направить в суд новые материалы со встречи. Само по себе это передачу не остановит, но терять время мы не будем.