Книга Гром Раскатного. Том 6, страница 48 – Григорий Володин, Дмитрий Лим

Как только деньги поступили на мой счет, я подменил Николая, а его самого отправил к багажнику Майбаха. Через десять минут сделка была завершена.

Вечер шел своим чередом, много пьяных дворян расходились, не дождавшись основных игр, а часть уже сидела за столами и проигрывала свои сбережения. Что было немаловажно, игры были честными. Я не увидел ни в картах, ни в кубиках, и уж тем более в столе — каких-либо электротехнических устройств, которыми можно было контролировать сам ход игры.

Мишкин в этом плане оказался человеком чести.

Тамары, как и Рысевых, к слову, не было на этом вечере. Хотя я ожидал их здесь увидеть. А вот когда я заметил Сильвестра, то…

— Так, — я увел Катю за спину и кивнул Рубцову. — Тут Шариковы. Пока я вижу только наследника рода, хотя… может и глава как-то приперся сюда. В общем, от парней не отходи, что бы ни случилось, понятно?

— Шеф, — Рубцов нахмурился. — Думаешь, Арнольд позволит себе выкинуть нечто подобное на глазах у такого количества свидетелей?

— Ну гвардейцев же он отправил на мой дом, — отрезал я. — А вон и сам Арнольд.

Я прищурился и отследил движение за огромной, бархатной шторой, где стоял глава рода Шариковых. Его, казалось, никто не замечал. Но я видел его красные от злобы глаза.

Хм. Полиция объявила его в розыск, однако он все равно явился на прием. Неужели настолько не сомневается в своей безнаказанности? Или Мишкин просто ни во что не ставит дворянскую полицию?

Встреча с Сильвестром, к слову, намечалась позже. Это я помнил, но не понимал одного: какого хрена тут делает Арнольд? Может, слова его сына на самом деле тупо ловушка?

Я в этом пока не разобрался, да и в целом меня это мало беспокоило. Мне было важнее обдумать, как выполнить контракт с Охранкой и запустить свою батарейную фабрику. А суеты вокруг и так хватало с головой. Взять одну только Распутину.

Её лечение давно превратилось в обязательную работу. Что было немаловажным, так это то, что после последних событий в ней начались какие-то изменения. Какие? Я и сам не знал, точнее, не мог понять.

Катя, конечно, стала более жизнерадостной, лечение стало легче благодаря пломбам, которые ограничивали распространение. Только вот чувствительного тока в ней меньше не стало. Я это уловил сегодня и очень этим озадачился.

Казалось, что внутри неё происходят какие-то непонятные завихрения, как будто что-то чуждое влияло на её состояние. А это было очень нехорошим знаком.

Я посмотрел на Катю, вспоминая сегодняшнее лечение, и в этот момент события вокруг меня закружились с новой силой. Один из людей Шарикова, гвардеец с личным дворянством, которое тот получил за особые заслуги, намеренно попытался зацепить меня.

Не понимая, в чем причина его возмущений, я сначала и не понял, что обращение «сопляк» было ко мне.

Затем призадумался: какого черта у него родовое кольцо на пальце? Восстановил в голове разговоры с бабушкой Прасковьей и вспомнил!

Гвардейцы в статусе ветеранов всяких там действий могли получить землю и получить личное дворянство, но не титул, все еще находясь на службе своего рода. К слову, это лишь доход и особый статус, но ничего сверхъестественного они в этом случае не получали. Их дети не могли унаследовать статус дворянина, так что это было больше как понт среди гвардейцев.