Книга Гром Раскатного. Том 4, страница 99 – Григорий Володин, Дмитрий Лим

— Гошенька… Гошечка, как я рада тебя видеть! Прости меня… прости, что не верила!

— Бабуль, — я сразу решил осадить ее. — Давай про всё это потом поговорим, хорошо?

Прасковья Игоревна подняла голову и попыталась улыбнуться. А затем посмотрела на Распутину. Вот тут-то ее и понесло.

За полминуты я услышал от нее столько лести, что на месте Кати я бы закрыл уши. А бабуля в конечном счете предположила, что она моя невеста. Надо было видеть ее лицо, когда она услышала, что Распутина мой вассал.

Но затем я уточнил:

— Я тут встретил парочку бандитов Тришки на вокзале. Уточнил у одного и узнал, что по крайней мере часть — изгнана из гвардии официально. Поэтому… ты списки подготовила? Всех исключила из рода и гвардии? Или не всех еще?

— Всё сделано. Все бандиты исключены, и Кирилл тоже, — ответила она. — Мы с Ваней прошлись по всем боевым «единицам», и никого из посторонних больше нет среди наших.

— Ладно, — кивнул я. — С Слютниковым мы скоро все порешаем, если сам не сдохнет, а пока я займусь Тришкой. Надо очистить имя рода и убрать эту гниль с лица земли.

Бабушка на это ничего не ответила. Она чувствовала себя виноватой, но, как я уже сказал ей ранее, — поговорим об этом потом.

Не хотелось сейчас решать вопрос о том, кто был прав, и кто виноват. Да и тем более выслушивать извинения. Да, бабушка была влюбленной дурой, но…

А что, но? Тут надо сидеть и все факты по полочкам разбирать. Почему она не слушала никого и верила только Хорьку.

Мы разместились на втором этаже, там, где были гостевые комнаты, ну и моя в том числе, и вскоре вышли на завтрак. Мой дом мало чем изменился с того момента, как я побывал здесь в последний раз. Точнее…дизайн остался тем же, а вот всякие украшения и статуэтки — пропали.

Кирилл очень быстро сделал ноги всему, что хорошо блестело и хорошо продавалось. Жаль только, бабка все это вовремя не заметила.

Я попросил за столом списки людей, которые работали на Тришку-Сибиряка, и в момент, когда начал сравнивать имена с убитыми мной, к нам приехали гости.

Дворянская полиция практически ничем не отличалась от обычной городской. Нашивки чуть другие, ну и обязанности иные. В целом, те же полицейские с теми же условиями и манерами. Их, к слову, не пустили на территорию усадьбы.

К нам в обеденный зал пришел один из гвардейцев и доложил, что майор Доигралес требует встречи с главой рода. Зачем? Увы, он не знал.

Катю я оставил в компании Рубцова, а сам вышел в гостиную, куда пошла бабушка. Мы дали добро, чтобы полиция заехала на территорию и ждали, когда придут полицейские.

Тройка крепких парней с одинаковыми усами и мордами поклонились в знак приветствия, а затем тот, что был посередине, открыл свой рот.

— Мы просили главу рода, — отметил он. — Увы, разговор не детский.

— Детей здесь нет, — сухо парировал я. — Я фактический глава рода, и буду присутствовать при обсуждении проблемы.

Я акцентировал внимание на слове «фактический», тем самым впечатлил полицейского. Он не стал спорить, а ободряюще кивнул.

— В общем, тема не из приятных. В последнее время мы зафиксировали достаточное количество фактов поставки наркотиков вашим бывшим людям, которых вы на днях исключили из рода и гвардии. Мы хотим понять, какое отношение они всё же имеют к вам. Точнее…