Книга Гром Раскатного. Том 4, страница 58 – Григорий Володин, Дмитрий Лим

Он переключил камеры на парковку, и вуаля, всё было в пятнах. А когда изображение восстановилось, машины-то уже не было. Не было его Ласточки! Не было его спортивного седана, привезённого из Германской Империи, на который он потратил очень много денег.

— Сука! — это было первым, что он смог выдавить из себя, как только пришёл в себя. — УБЬЮ!

Бородкин, с оружием наперевес, пошёл к машине, которая числилась на балансе Империи. Так сказать, к служебному транспорту. Сильно хлопнув дверью, выехал с территории училища, проехал КПП, бросил быстрый взгляд на парковку, чтобы убедиться в угоне и… похреначил!

— Убью сволочей, — пыхтел он, отслеживая жучок своего спорткара по навигатору. — Расстреляю нахрен!

Гонялся он… долго. Всю ночь он мотал по городу, нарушая всё, что только можно было. Только вот толку не было. Он и сам прекрасно понимал, что нового немца хрен догонишь, а те… ну, угонщики, словно знали, что он за ними едет, и как будто специально поворачивали в самых неудобных местах, чтобы не попадать ему на глаза.

В конечном счёте, за два часа до подъёма, Бородкин вернулся на КПП училища, так как сигнал маяка пропал. Психуя, он даже напрочь позабыл доложить в инспекцию об угоне авто, вернулся в свой кабинет и… уснул.

Сны были разные. А итог один — он проспал линейку.

* * *

Оленюк сегодня был каким-то взвинченным. То ли психовал из-за чего-то, то ли дома были проблемы. В общем, после того, как мы выстроились в ровную шеренгу на плацу, он выдавал трындюлей всем тем, у кого «воротничок» был помят. Ну а после началось.

— Итак, — громогласно заговорил он. — Сегодня ваш друг, коллега, курсант Георгий Раскатный официально выпустился. С оценкой: «отлично» за теоретическую часть, он поставил рекорд по выпуску, завершив свое обучение меньше, чем за полторы недели. Также, несмотря на то, что экзамены по физической подготовке были учтены «автоматом», мы смогли провести все линии вокруг да около, чтобы учесть его заслуги.

Я еле сдерживал улыбку.

— «Отлично» за практическую подготовку, в общем и целом, — закончил он описание «моих» заслуг. — Рекорд поставлен не только по нашему Училищу, так что… — он словно сомневался, стоит это делать или нет, но все же достал небольшую коробку, открыл ее и вытащил медаль. — За заслуги перед Училищем, мы награждаем курсанта Раскатного нашей, так сказать, местной медалью.

Ну, в целом, я это как бы заслужил. Когда я вышел из строя, то затылком ощущал, как меня сверлят удивлёнными взглядами. Когда я вернулся, самые нетерпеливые начали вытягивать свои морды, чтобы посмотреть на меня. Ну и разумеется, за это все «любопытные» получили по шапке от Оленюка.

Когда он объявил: «вольно», мы пошли обратно в казарму. Точнее, я шел впереди всех, а остальные, словно специально шли позади, провожая. Хех.

Я вернулся к своей койке, переоделся в гражданку, взял сумку и тут же наткнулся на Митюшкина, который не сводил с меня взгляда.

— Чего?

— Слушай, Гоша, дай медаль посмотреть, а? — он искренне улыбался. — Я просто впервые слышу, чтобы кого-то местными орденами там, грамотами награждали. Чтобы понимать, к чему стремиться.

Пожав плечами, я протянул ему эту побрякушку. Митюшкин восторженно начал ахать.

— Слушай, — теперь заговорил я. — Можно мне поговорить с твоим отцом?