Книга Гром Раскатного. Том 1, страница 29 – Григорий Володин, Дмитрий Лим

— Не работает… — зашептал «Саня». — Это… Вован, где у тебя телефон?

Судя по дальнейшим звукам, телефон в кармане трико, который носил Володя, нашелся не с первого раза. Послышалась оплеуха, но не такая звонкая, какую хотелось бы услышать, затем мат: «не туда залез», а после пришло разочарование. Телефоны у ребят не работали.

Я сначала думал просто отключить фонарики в телефонах, а затем решил: зачем я буду тратить лишние секунды и отрубать отдельную систему в телефоне, если проще полностью его обесточить?

Мужики начали копошиться у двери, полушепотом ругаясь, и пришло время встречать гостей. Двумя широкими шагами я оказался у выхода, схватился за ручку и, провернув замок, резко толкнул дверь.

Удар получился хорошим. Полусогнутый мужик у замочной скважины получил дверной ручкой в лицо. Завопил и отлетел, оставив в скважине отмычки. Вован же стоял буквально в метре от меня, с монтировкой у груди.

— Что, с кулаками больше не лезешь? — усмехнулся я, щелчком пальцев включая свет в коридоре. — А, Вова?

Судя по побледневшему лицу соседа, он действительно опасался меня. Домушник или медвежатник, которого он взял с собой, тихонько скулил, держась за переносицу. Пыльная ковровая дорожка в коридоре под ним уже успела покраситься в алые цвета.

Хм. Как говорится, не в бровь, а в глаз?

Он не был проблемой для меня. Да и в целом не выглядел как серьезный противник, поэтому к нему не было никакого внимания. А вот монтировка в руках лысого соседа, в целом, была опасным предметом. Маг ты или не маг, но физический урон может стать фатальным от удара этой железякой.

Я собрал внутри себя небольшое количество магического тока и послал его в металлическое изделие. Мышцы Володи, разумеется, резко сократились из-за того, что он держал наэлектризованный предмет. Он ударил сам себя монтировкой по лицу, а когда разряд ушел и мышцы расслабились, рука резко опустилась. А его орудие с размаху влетело по коленной чашечке.

В конечном счете, он отбросил от себя монтировку и орал как резанная свинья, прыгая на одной ноге. Что было не менее занимательным, так это соседи в других комнатах. Ни одна мышь не вышла, чтобы посмотреть, что творится и как-либо помочь.

— Так, пошли нахрен отсюда, — скомандовал я, поворачиваясь к стонущему медвежатнику. — Еще раз увижу, будет намного веселее. Или, сейчас хотите попробовать?

Ответом было жалобное: «Не н-н-нада!»

Мужик в черном спортивном костюме медленно пополз вслед за прыгающим и орущим Вовой, оставляя за собой кровавый след. Я захлопнул дверь, на всякий случай повернул замок и пошел собирать вещи. Больше здесь мне делать нечего.

Место, конечно, очень веселое, да и соседи уважают чужое право на уединение — не высунутся, пускай хоть убивают кого-то. Но мне в моем юном теле сейчас очень важен сон.

Все вещи собрал в походный мешок, закинул себе на плечи и вышел в коридор. Как я и ожидал, никого там не было. Ни любопытных, ни пострадавших. Коммуналка для интровертов, честное слово.

К хозяйке этажа пришлось достукиваться. Она делала вид, что спала, хотя я прекрасно слышал сигналы ее телевизора и что она специально убавила громкость, когда я долбился. Все же я победил, когда на телевизор отправил команду, и тот выдал ей сообщение: «ОТКРОЙ ЧЕРТОВУ ДВЕРЬ!»