Книга Гром Раскатного. Том 1, страница 11 – Григорий Володин, Дмитрий Лим

— Ой, нахер её! — отмахнулся Петрович. — Пускай уже сама разбирается.

* * *

Полчаса, которые оставались до отправления моего поезда, растянулись в какую-то бесконечность. Я не волновался, что поезд может задержать отправку, или что он наоборот, раньше стартанет. Просто хотелось уже сесть на своё место и хотя бы немного вздремнуть.

Я вымерял шагами длину перрона, изредка поглядывая на завсегдатаев вокзала, а также на охрану, которая время от времени шугала со скамеек пьянчуг и несостоявшихся бизнесменов. Они, кстати, больше походили на заросших стариков в лохмотьях.

— Уважаемые пассажиры. Отправление электропоезда номер четырнадцать, станция Пермь — станция Новый Тагил, задерживается. Следите за нашими дальнейшими объявлениями. Приносим вам свои извинения за доставленные неудобства.

Роботизированный голос привлёк моё внимание. Я поднял голову, выискивая электронное табло, и, найдя его, тут же направился к нему.

— Что значит задерживается? — сказал сам себе. — Я же смотрел рейс, задержек не должно быть.

Всё оказалось куда проще, чем я предполагал. Электроника просто вышла из строя, и страница обновления не прогружалась на старом поцарапанном экране. О задержке же было известно ещё час назад, до моего прибытия на вокзал. Так что придётся ещё подождать.

Вагоны, которые шли по нужному рейсу, стояли. А вот локомотива не было.

— А какой перрон-то…? — бархатистый голос зазвучал где-то слева от меня. — Ничего же не понятно! Что за знаки вопросов⁈

Я повернул голову, посмотрел на красивую, по всем местным меркам, барышню. Она тяжело вздыхала, чуть сжав пухлые губы, и с вопросительным выражением лица пялилась на табло. Думала, видимо, что вот-вот всё обновится.

— И что? — она продолжила говорить сама с собой. — Мне теперь бежать до справочной, всё узнавать? — девушка вздохнула и вмиг стала какой-то грустной, что ли. — Там ведь очередь…

Я чуть задержал взгляд на её волнистых волосах, которые струились по плечам, и решил помочь. Так сказать, избавить её от очередей.

— Не нужно никуда бежать, сударыня, — я улыбнулся, когда она повернулась на мой голос. — Сейчас всё починится!

Барышня удивлённо посмотрела на меня, но ничего не сказала.

Я сделал два шага к табло и коснулся пластиковой рамки монитора. Тот сразу кратковременно погас. Затем появились так называемые «шумы», которые белой волной пересекали всю диагональ, а затем страница просто обновилась.

Пф. Легко.

— Как там говорится, — я повернулся, улыбаясь. — Абракадабра!

— Обычно, — она улыбнулась в ответ, — сначала говорят «абракадабра», а потом показывают фокусы.

— А это не фокус, — тут же сказал я. — Это волшебство.

Она звонко засмеялась и перевела взгляд с меня на экран монитора.

— Ой, а вы и вправду волшебник! Пятый перрон! — вернулась взглядом ко мне и представилась, протянув руку. — Меня зовут Екатерина Распутина! Спасибо вам большое!

Хм. Распутина? Баронский род, вроде как… Я внимательно посмотрел на её приталенный пиджачок, выискивая герб семьи, и не прогадал. Он красовался чуть выше нагрудного кармана. Что именно было изображено на нём, увы, невозможно было разобрать. Однако обрамление «герба» из золотой нити, априори, говорило о её принадлежности к богатому роду.

А и в целом, она смотрелась ярко на фоне остальной унылой простецкой серой массы. Дорогие часы на запястье, серьги в ушах, колечки, которые блестели… Фух, как надоел мне блеск этих «каратов». Не знаю, чем именно меня раздражали бриллианты, но ничего с собой поделать не мог. Хоть и не имел ничего против украшений.