Книга Гангстер вольного города 1, страница 98 – Дмитрий Парсиев, Дмитрий Лим

— Дай отгадаю, — начал я. — Общение по телефону? У нас были какие-то психологические уроки?

— Верно, — хохотнула она. — Ты обычно меня называл «милочка» или «красавица». Впрочем, это не меняет вопроса. В чем дело?

— Ни в чем, — ответил я и попытался переключить тему для разговора. — А почему, кстати, у тебя так темно?

— Ты не ответил на мой вопрос, — строго настаивала она на своём, но всё же решила пояснить: — Солнце травмирует мою кожу, а она у меня слишком бледная из-за редкой болезни… я же говорила…

— На солнце появляются волдыри, и ты долго не можешь на нём находиться? — спросил я. — Фотодерматит?

Собеседница промолчала и ничего не ответила, тяжело вздохнув. Кажется, я угадал.

Встречал я такое в своей жизни. Сотрудница моего офиса страдала таким недугом. Редкое, пожалуй, но лечится вполне естественными средствами. Мазями да солнечными ваннами в определённый период.

Так скажем, кожу нужно заново приучать к солнечным лучам.

Прилежная так и молчала, изредка издавая хлюпающие звуки, словно что-то пила. А затем спросила, откуда я узнал ее квартиру? Ведь я никогда не был у нее в гостях.

— Бабулька сказала, что в тринадцатой квартире живёт, — решил всё-таки ответить на её вопрос и не нервировать лишний раз.

— А, эта старая маразматичка, — отозвалась Лена. — Кирпичи таскать заставила, правильно понимаю?

— Откуда ты знаешь? — чуть не подавился я, обжигая губы о горячий кофе.

— В глазок иногда смотрю, как она молодых парней заставляет к себе домой кирпичи заносить. Склеп строит, ведьма старая…

Я не стал спрашивать, на кой хрен эта старуха занимается подобной ерундой, решив перейти сразу к делу. Порылся в своей сумке и выложил на стол небольшой сиреневый макр, найденный в тайнике в родительском доме. Именно этот кристаллик армянин очень хотел получить на продажу.

Макр немного светился в темноте, и когда Лена взяла его в руки, я мельком оценил её огромные глаза. Ну, не совсем европейские, я бы сказал. Чуть шире обычного.

Осмотр был долгим.

Сначала она приволокла в «зал», или где мы там сидели, несколько коробок с приборами. Затем включила тусклую лампу, позволив мне рассмотреть себя сверху донизу. В один момент Прилежная и вовсе попробовала макр на зубок, словно не веря своим глазам.

Она оказалась… шикарной красоты. Простая русская девчонка с красивой чёрной гривой, мертвенно-бледным цветом кожи, небольшим носиком и пухлыми губами. По формам я мог только с уверенностью сказать, что у неё шикарный зад, потому что перед был прикрыт каким-то балахоном. Как будто мешком из-под картошки.

А ещё мне показалось, что глаза её разного цвета, но с точностью утверждать этого, увы, я не мог.

— Качество беспрецедентное, — заговорила она спустя десять минут. — Я бы сказала, редкость для Кустовой республики. У нас таких точно не достать.

— А где я могу их взять?

Она посмотрела на меня с подозрительной ухмылкой.

— Это разве не твои?

— Мои, — кивнул я. — Но я их получил на войне.

Конечно, я соврал. А может, и нет. Откуда мне было знать, где они растут или добываются?

— Четвёртый уровень изнанки, не меньше, — резюмировала Лена. — Даже для военного тебе там нечего делать с твоим третьим уровнем, Шаман.

Я не стал спрашивать, знакомы мы или нет, но определённо напрягся. Затем, правда, она и сама мне всё сказала.