Книга Гангстер вольного города 2, страница 77 – Дмитрий Парсиев, Дмитрий Лим

Я ожидал, что султан будет хранить свои сбережения в золоте и драгоценностях. Но никак не думал увидеть там обычную валюту. Нашу! Пачками, мешками, вперемешку с бриллиантами и прочей драгоценной дрянью. Более того, золотых монеток почти не было, но…

— У нас все получится, — широко улыбнулся я и выдал следующее задание: — Альберт, вытряхиваем деньги в мешки и на склад. Сундук сожжем сразу, как только опустеет. Здесь его хранить нельзя.

— Огнище будет видно, — покачал тот головой. — Может, лучше прикопать его, а?

— Замучаемся, — не согласился я. — А если возьмём рабочих, то это плохо кончится. Местные очень жадные до денег. Придут какие-нибудь урки, которые нас же потом и попытаются ограбить.

— И что ты предлагаешь?

Предложение… нет, не предложение, а сама идея оказалась банальнее, чем просто сжечь сундук. Стенки и крышка его были из прочного дерева, но не прочнее, чем топор. А уж металлические вставки и обрамления мы просто согнём да и выкинем где-нибудь по пути.

Этим мы, собственно говоря, и занялись, как только нагрузили наш склад деньгами.

И на это ушло больше времени, чем мы предполагали. Тем не менее душу грела нажива. А нажива была конкретной.

* * *

Следующее утро я провёл в звонках. Наше побоище в двух местах за одну ночь не прошло бесследно. Рудик с благодарностью принял от меня пару тысяч в счет аренды машины и коней и в данный момент занимался сбором информации по наёмникам в городе.

Петя и Саша отправились к мастеру печатей с наличкой, дабы тот согласился и снял печати с документации евреев, а Пупкин молчаливо получал по мордасам от Марьяны, которая явилась на фабрику без приглашения. Но в офис я её так и не запустил, оставив развлекаться с бывшим возлюбленным.

— Не имею понятия, — в очередной раз пробормотал в трубку я, слушая Джона. — Если ты утверждаешь, что это моих рук дело, значит, у тебя должны быть свидетели и доказательства.

— Султан обещал большую награду за голову того, кто позарился на его поселение, — ответил британец. — И что-то мне подсказывает, что без твоего желания взорвать всё к чертям тут не обошлось. Понимаешь, в чем дело, Шаман… — забормотал он дальше. — Ты же знаешь, какие англичане умные?

«Ага. Страна шпионов и предателей. Разведки и слухов. Нация, что вечно пытается втянуть всех в свои взрослые игры».

— Чего молчишь?

— Да сравниваю вас и ирландцев, — пошутил я. — Ты можешь сказать мне прямо и без намёков?

Англичанин сделал вид, что совершенно не обиделся на такое сравнение, ибо его голос и тон не изменились. Выдержав короткую паузу, он продолжил:

— Взрыв, прозвучавший в степях, явно был выполнен с помощью нитроглицерина или динамита, которого у азиатов в достатке. И по счастливой случайности именно перед этим инцидентом произошёл фейерверк на одной из их складских баз. Словно кто-то заметал следы ограбления…

— Хорошая дедукция, — хмыкнул я. — Но если ты продолжишь говорить мне, что это сделал я, я могу посчитать, что ты строишь против меня козни.

Англичанин тут же запротестовал, но этот скромный поединок уже был за мной. Поэтому Траволта быстро перевёл тему на Монеткина и Альберта, спросив, что там с выкупом, потому что ситуация откровенно затягивалась.

Я только пообещал, что в ближайшие дни все решится, а также одной простой фразой закинул «зерно» смятения в его разум: