Онлайн книга «Система Распутина. Том 1»
|
— Ты вчера пил? — она подняла голову и посмотрела мне в глаза. — Только честно! — Нет, не пил, — ответил я, стараясь не расплескать пену. — На подработке был. Она хмыкнула — с таким выражением лица, будто в этом хмыканье был целый том комментариев. — Подработка, значит, — повторила она, протирая стойку там, где я разлил джин. — К твоему сведению, Соколова не любит подработки на стороне. Так что учти: если прознает — выкинет тебя ещё до конца испытательного. И судя по твоим рукам, тебе бы не подработки искать, а невролога. Я промолчал… ну а что бы я ей сказал? Что у меня дебафф? Смешно! Но теперь я хотя бы понимал, что Соколовой о моих подработках знать не стоит. Информация, так сказать, полезная! В середине смены зазвонил телефон. На экране высветилось «Славик». Я отошёл в подсобку и взял трубку. — Ну? — ласково спросил Славик. — Про завтра, надеюсь, не забыл? — Помню я, — отрезал я. — Где и когда? — О-о, ты сегодня бодрый, — хмыкнул он. — Давай в полдень, у подъезда. Тяпа раньше не успеет, у него колени после вчерашнего разболелись. Будь добр, не опаздывай, а то Тяпа нервничает, а когда он нервничает, у него руки чешутся. — В полдень буду, — ответил я и сбросил вызов. Остаток смены прошёл в напряжённом молчании между мной и Ветровой. Я наливал вино и пиво, она делала всё остальное. К закрытию, когда охрана выставила за дверь последнего пьяного клиента, мы принялись за уборку. Когда мы уселись на ящики в подсобке делить чаевые, Ветрова вывалила на ящик между нами горсть мелочи и ворох купюр. — Шесть тысяч, — сказала она, раскладывая деньги на две стопки. — Тебе три, мне три. Мелочёвку в банку. Я пересчитал свою долю. Три тысячи плюс ставка. Итого — шесть с половиной за сегодня. Плюс те пятьдесят, что перевела Марина. Перед глазами тут же всплыло окно: Средства: 56500 Долги: 140000 Срок: завтра, 12:00. Я пересчитал деньги ещё раз. Потом ещё. Будто от очередного пересчёта сумма должна была вырасти… И вот тут появилось кое-что новенькое! «Ах ты ж сволочь! — мысленно заявил я, когда система вновь ожила. — Может, ты всё-таки живая, а⁈» Внимание! Математика: без изменений. Носитель, вам нужен второй источник дохода либо продажа почки. — Шутишь, что ли? — буркнул я, пряча купюры в карман. — Не смешно, Дим, — Ветрова посмотрела на меня. — Ты вообще сегодня сам не свой. Что стряслось? — Жизнь, Оля, — ответил я, поднимаясь. — Просто жизнь. Армен после смены так и не подъехал — и даже не перезвонил. Я минут десять постоял у служебного входа, посмотрел на пустую улицу и побрёл домой. В восемь утра в дверь позвонили. Я спал после ночной смены, поэтому звонок воспринял как личное оскорбление. Звонок, оказывается, был жив — а я-то думал, раз соседка тогда колотила кулаком, он давно сдох. Находясь в здравом, хоть и сонном уме и твёрдой памяти, я в одних трусах поплёлся в прихожую и открыл дверь. На площадке стояла хозяйка квартиры — это мне подсказала память! Рядом с ней стоял её племянник, которого Распутин тоже очень хорошо знал! Хотя чего это я — «стоял»… Он не стоял, он и был дверным проёмом, только в спортивном костюме. Смысл визита был прост: тридцать тысяч прямо сейчас — или вещи на лестницу. Я развернулся, сходил за телефоном, который лежал на тумбочке, попросил назвать номер для перевода, ну и… просто перевёл. |