Онлайн книга «Диверсант. Том 2»
|
Прошли пару коридоров, поднялись, толкнули ещё одну дверку… вышли в какой-то корпус, и тут до меня донеслись голоса. Немецкая речь. «Сука». Я вдавил кнопку фонаря — темнота упала разом, глухая, как мешок на голове. Прижался к холодному кирпичу. Гена замер за спиной — я слышал, как он дышит мне в затылок, часто и неровно. Где-то капало с потолка, и каждая капля била по бетону, как выстрел. Шаги. Двое. Сапоги прошли за стеной, в метре от нас, не больше. Голоса плыли рядом, чужие, спокойные — и медленно, невыносимо медленно поползли дальше, пока не стихли совсем. Выдохнул я только тогда. Понял, что всё это время не дышал. Мы выждали минуту и двинулись дальше. Прошли пару коридоров и, даже навскидку, я не мог сказать, в каком мы корпусе. Но, наконец, ещё один коридор вывел нас к приоткрытой двери. За ней было просторное помещение с полками от пола до потолка. Прислушавшись и решив, что внутри никого нет, я направил луч фонаря внутрь и не поверил своим глазам. Банки, коробки, бутылки. Этикетки на немецком, латинском, русском. Всё было аккуратно расставлено, рассортировано. Немцы любили порядок. — Жди здесь, — шепнул я Гене. — Стоишь на стрёме. Если кто-то идёт — стучи в стену дважды. Он кивнул и встал у двери, выглянув в коридор. Я вошёл в аптеку… Глаза слезились от жара, и мне приходилось близко подносить флаконы к лицу, чтобы прочитать надписи. «Sulfonamid» — сульфаниламид. Я задержал на нём взгляд дольше, чем на остальном. Пенициллина здесь нет и не будет ещё годы — ни у них, ни у нас, это я знал точно. А вот эта серо-белая дрянь в картонной коробке — то самое, что стоит между мной и ямой. «Беру. Всё, что есть. Целую коробку — и вторую, если найду». «Morphin» — Морфин. «Беру». «Chloramin» — Хлорамин. «Не то, но пригодится». «Verbandstoff» — перевязочные материалы. «Беру». «Ethanol» — Этанол, спирт, аж… целых три бутыли! Я сгрёб добычу в мешок — и только теперь, с полной коробкой сульфаниламида в руках, до меня дошло. Вот оно. Спасение. И не только моё. Для раненых, которых мы ещё соберём по лесам. Даша, будет счастлива, когда я привезу ей это богатство. Руки у меня тряслись. И уже не только от жара — от того, что получилось. Отбросив все ненужные сейчас мысли, вышел из помещения, и меня опять повело. — Нашёл? — Сидоров подхватил меня. — Командир⁈ — Да, — кивнул я, приходя в чувства. — Пошли обратно. Мы двинулись обратно по тому же пути. Я старался ступать как можно тише, прижимаясь к стенам, потому что меня опять вело. Когда мы добрались до проёма, ведущего в пристройку, Зыков негромко рявкнул, направляя на нас MP-40. Подумал, видимо, что враги. Но увидев нас, он выдохнул, опустил оружие и отступил в сторону. — Живой? — спросил он. — Живой, — я аккуратно положил мешок на пол. — Нашёл всё, что нужно! Лекарства, бинты, спирт… Архип в этот момент обернулся к нам. — Там, на площади, — тихо сказал он. — Начинается что-то… немец орал, руками махал! Я подошёл к окну, чуть отодвинул доску. Площадь перед больницей была всё той же: «Хорьхи», солдаты, офицер. Но что-то изменилось. Солдаты больше не бездельничали — они выстроились в ряд, а офицер расхаживал перед строем, отрывисто что-то бросая. — По нашу душу? — выдохнул за спиной Архип. — Учуяли? Я вслушался. Сквозь стекло долетали обрывки команд: «…оцепить квартал… согнать всех… заложники…» Нет. Не по нашу. Пока не по нашу. |