Онлайн книга «Диверсант. Том 1»
|
Фронт уходил на восток, а мы оставались в этом дерьме. Сидоров сменил меня где-то в середине ночи. Я подхватил свою берданку, кивнул Гене и рухнул рядом на сено. Сон был чёрным, без сновидений, и не таким уж долгим, как хотелось бы. Потому что в какой-то момент меня разбудил Петя. Он тряс меня с такой силой, что я чуть было не выругался. Проснувшись, не сразу понял, где нахожусь и что это за пацанёнок… а тот, не останавливаясь, всё тряс меня и тряс… Когда до меня донёсся его шёпот, остатки сонливости как ветром сдуло! — Стас… моторы! Стас, проснись… Я подскочил мгновенно. Тело отреагировало раньше мозга. Рука сама потянулась к берданке. — Что? Немцы? — Моторы… — прошептал он. — Слышь? Я прислушался. Тихо. Только хриплое дыхание Коли. Даша спала рядом с ним, свернувшись калачиком. Сидоров дремал у двери. А потом я услышал. Далёкий нарастающий гул. Причём он был не один! Моторов было несколько, и они приближались! — Подъём! — прошипел я, пнув Сидорова по ноге. — Тревога! Гена дёрнулся, вскинул винтовку и начал бешено крутить башкой в разные стороны, словно думая, что немец уже здесь. — Чё? Кого⁈ Стас! Вскинулся бодро, ничего не скажешь, молодец. Только от такой дёрганой реакции он сейчас и по своим пальнёт, не разобравшись, кто шебуршится в темноте — свой или чужой. Страх — штука слепая. — Немцы. Едут сюда. Давай, живо! — прикрикнул я и тут же бросился к Даше. — Даша! Вставай! Коля, очнись! Быстро! Девушка вскочила как ошпаренная. Коля открыл глаза, закашлялся, и я тут же зажал ему рот ладонью. — Тихо! Коля, слышишь меня? Тихо, иначе мы все трупы! Надо вниз! В погреб! Николай кивнул и начал барахтаться. Сил у него всё же не прибавилось… Мы откинули дерюгу, сняли три доски, делая щель в земле. — Петя, прыгай! — скомандовал я. — Принимай! Пацан нырнул в темноту, потом мы с Сидоровым подхватили Николая. Он старался не стонать, кусал губы в кровь, но, когда мы опускали его в темноту, он всё же не выдержал. Закашлялся… сильно закашлялся. — Даша, зажми ему рот! — крикнул я. Даша метнулась вниз, обняла его, вжала его лицо в свою грудь, глуша звук. Кашель перешёл в сдавленный хрип. Петя чуть не выронил сумку с медикаментами, но успел подхватить. — Заваливайте! — крикнул я. Мы вернули доски на место, положили дерюгу, и Сидоров набросал сверху сена. Теперь, если не знать, не найдёшь. Только дышать им там будет тяжело. Я убрал немного сена, опять поднял дерюгу и чуть сдвинул доски, накрыл всё это дело как было, а под край ткани напихал сена, чтобы была щель. Мы с Сидоровым остались наверху. Мурзик, чувствуя неладное, забился под какую-то доску и замер. И… началось. Вскоре гул моторов стал очень громким. Я метнулся к щели в стене сеновала. Сидоров — по другую сторону от двери, с винтовкой наперевес. За окном во дворе уже начало светлеть, и в этом рассветном полумраке я увидел, как через распахнутую калитку въехал мотоцикл с коляской. Пулемёт в коляске был укутан брезентом, но сидевший за ним немец уже сдёрнул чехол. Следом в ворота проехал покрытый грязью «Опель Блиц». Машина остановилась прямо посреди двора, и из грузовика тут же посыпались солдаты. Их было около десяти человек. В полевых френчах, в касках, с К98к на груди. Один из них, видимо, унтер, крикнул что-то, указывая на дом Тимохи. Двое немцев пошли к крыльцу, а ещё двое стали обходить сарай. |