Книга Система: Империя нового мира 1, страница 121 – Дмитрий Лим

Не знаю, могут ли медленные ориентироваться на подобный запах, но, если да… ветер разнесет его по округе. Нет, бесспорно, мы справимся, но у нас «Неделя Оборотней».

«Словно Герои меча и Магии, а не постапокалипсис вокруг», — промелькнуло в голове, вспомнив слова Анны.

— Не понимаю, для чего она крутилась рядом с ним? — Одаренная Маша, злобно пялилась на свою теску, жалуясь Жанне, — Ты видела, как она улыбалась?

— Уже жалеешь, что пропустила ее мимо себя? — ее подруга догадывалась, что перед ней разворачивается очевидная сцена ревности.

— Ты только посмотри, как он кокетничает и улыбается. Чувствует, сучка, где ей будет безопасно!

— Думаешь, — Жанна положила ей руку на плечо, пытаясь успокоить, — Другие бы не поступили так же?

Девчонки посмотрели на новенькую, которая перемешивала «ужин» большим половником в походной, двадцатилитровой кастрюле, и Маша не выдержала:

— Им же было сказано, готовить на парковке! А она, сука, — встала, озлобленно косясь на «обычную», — Еще и окно открыла!

— Сядь, — жалобный голос Жанны, кажется, никак не повлиял на решение.

Маша, верной походкой направилась к поварихе, и остановившись около котла, прошипела той что-то. Самого диалога Жанна не слышала, но шум, который поднялся, привлёк ненужное внимание.

До меня же долетел обрывок фразы:

— … доиграешься. Но я не думаю, что Андрей — тот человек, с которым можно играть.

* * *

— Значит, слушай сюда, сука, — Одаренная, не понимая, что происходит, замерла, и только и могла, что, разговаривать, — Если с Андреем что-то случится я…

Девушка с белыми волосами лишь улыбнулась, что раззадорило Одаренную еще сильнее.

— Я тебя… — начала была она и получила полбу поварешкой.

— Закрой свою варежку, бездарная, — «необычная» злобно сузила глаза, — Я запрещаю тебе говорить о том, что ты только что испытала и то, что ты сейчас могла понять. Заключаю это время — Узами Крови.

Маша пискнула от боли. Ей почудилось, будто в ее крови что-то изменилось, отчего сердце стало более тяжело прогонять кровь. А вот когда она было хотела закричать об опасности, то поняла, что и слова сказать об этом не может.

«Что же ты за тварь такая?»

* * *

Алиса хихикнула, когда увидела удар поварешкой, и поставила ставку на то, что гитаристка сейчас убьет обычную. Но прогадала. Одаренная белая как мел, ушла туда, откуда пришла, в уголок, где ее ожидала Жанна.

Собственно говоря, мы, так ничего и не поняли. Я почему-то тоже был уверен, что сейчас начнется какая-нибудь жесть.

Новые законы, которые нахлынули потоком возмущения на помещение склада и подземной парковки, вызвали в моей голове лишь пофигизм.

Выжившие возмущались разделением, а я, мысленно. Его поддерживал.

Суть была вот в чем. Понятное дело, что крупы, макароны, сухие завтраки — распределялись между всеми. Это был — вполне восполняемый запас, и долгохранящийся, а вот все мясные продукты…

В общем, те, кто ходил — добывать еду, те это ели. А те, кто отсиживался здесь, на правах «короля», мол, несите и кормите, те сосали лапу. Что-то в этом мне нравилось, что-то нет.

Под этот новый закон попадали абсолютно все, и не имело значения, был по вторую сторону недовольных калека, старик, или нежелающий рисковать своей задницей.

Одной из первых возмутилась училка, чьих школьников мы вытащили из школы, где я чуть не лишился головы и получил откат иммунитета.