Книга Некромант Империи. Том 2, страница 53 – Дмитрий Лим, Иван Гримкор

София молчала, но её плечи едва заметно дрожали.

— Поднимайся, — он помог ей встать. — В твоей комнате уже ждут платье и драгоценности для завтрашнего бала. Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор.

— Я с тобой не пойду, — её голос был сухим. — Меня не должны здесь видеть в это время. Там, прямо по коридору, санитарная комната, в ней твои вещи. Переоденься и ступай спать.

София медленно пошла к выходу, опустив голову. Она не оборачивалась, но чувствовала тяжёлый взгляд деда, буравящий её спину. Опустив глаза, она заметила, что каждый её шаг оставляет на мраморном полу тонкий узор инея в виде очертания ступни.

В санитарной комнате она обнаружила форменную одежду. Переодеваясь, она поймала своё отражение в зеркале на стене.

Бледное лицо казалось фарфоровой маской, под глазами залегли тени, а обычно идеально уложенные светлые волосы спутались.

Выйдя из главного корпуса, она невольно содрогнулась. Со стороны леса дул пронизывающий ветер, заставляя старые липы вдоль аллеи скрипеть ветвями.

В общежитии царила сонная тишина. София осторожно повернула бронзовую ручку двери своей комнаты, но старая половица предательски скрипнула. На соседних кроватях зашевелились её соседки.

Варвара Студёнова, наследница древнего северного рода, приподнялась на локте, сонно щурясь в полумраке. Её длинные чёрные волосы, заплетённые на ночь в косу, змеились по шёлковой подушке.

Рядом зашелестела шёлковыми простынями Мирослава Ледянова. Миниатюрная блондинка с огромными голубыми глазами.

— София! — они мгновенно оказались рядом, усаживая её на кровать и устраиваясь по обе стороны.

— Мы все слышали о случившемся, — Варвара подалась вперед, внимательно вглядываясь в лицо Софии. — Весь факультет только и говорит о том выбросе силы. Профессор Зимний сказал, что не видел такой мощи, а ему, наверное, лет сто.

— Это было… впечатляюще, — подхватила Мирослава, зажигая светильник на прикроватной тумбочке.

— Хотя, возможно, стоило проявить больше… сдержанности, — Варвара нахмурилась, разглядывая подругу. — Ты уверена, что тебе уже можно покидать лечебное крыло? Говорят, нестабильность магического ядра — это очень серьёзно.

— Эфирная мана — это действительно страшно, — Мирослава подалась вперед, её голос упал до шёпота. — Можно умереть или… оказаться навечно запертой во льду. Обрести вечность без жизни — застыть, как муха в янтаре.

София заметила, как при слове «вечность» подруги обменялись взглядами. «Вот же глупые, верят во всякие сказки про вечных,» — подумала она.

— А почему ты сразу не поступила в академию? — Варвара наклонилась ближе, в её глазах мелькнул интерес придворной дамы, почуявшей свежую сплетню. — Пропустила торжественное распределение…

— И что там с твоими силами на самом деле, Софьюшка? — подхватила Мирослава. — Все эти разговоры о нестабильности… Это ведь так… неподобающе для наследницы древнего рода, не находишь?

Она негромко хихикнула:

— Хотя, глядя на твой нынешний вид… Милая, ты такая бледная. Как призрак! Неужели в таком состоянии собираешься на бал? Всё-таки там будет весь цвет империи.

София опустила взгляд, чувствуя, как внутри поднимается волна гнева. Эти бесконечные расспросы, эти взгляды… И это омерзительно-слащавое «Софьюшка».

Она заметила, как девушки обменялись улыбками, когда нащупали слабость соперницы. Весь их показной интерес, эта наигранная забота…