Книга Орион Реликвий, страница 182 – Дмитрий Лим, А. Никл

— Странное местечко, — подметил Артемий. — Такого точно не будет на архивных картах. И что-то мне…

Договорить он не успел. В эту же секунду пол начал дрожать. Я осматривал все помещение, пытаясь понять, что именно заставляет пол так сильно вибрировать. Но ничего кроме «пустоты» с непонятным освещением не видел. Видимость была не более десяти метров перед собой, и ничего кроме пола в зале не было.

Вибрация в земле закончилась так же резко, как и началась. Врагов и других одержимых я так и не увидел, и стоило земле перестать дрожать, как мы выдвинулись вперед. Медленно, разумеется, но мысли вернуться ни у кого не возникало.

Мы прошли пустое помещение очень быстро и почти сразу же, попали в новое. В этом зале был виден потолок, какие-то странные скульптуры, вырезанные из сталактитов, и горстки одержимых, которые слонялись между этих статуй, и мазали их чем-то.

— Ну и вонища тут, — прошептала Юля, как только мы спрятались за одну из статуй. — Чем они мажут их, и зачем?

— Дерьмом, — подытожил карлик, не предпринимая попыток, коснуться черной жижи на статуи. — И воняет так же.

Я хмыкнул, поднял голову к потолку, обнаружил причудливый источник света, который представлял собой некий конус, вдавленный в потолок, и вернулся всем вниманием к «затерянным».

Все они были на одно лицо. Разница была лишь в наличии бугорков у женщин под темной, грязной одеждой, ну и разумеется, по волосам. У мужчин их просто не было, а у женщин, они были длинными, грязными, и больше напоминали мне дреды.

Учитывая, что статуй здесь было не меньше полусотни, на каждую, приходилось десять, а то и больше, этих странных «людей». Которые только и делали, что обмазывали их чем-то из тканевых мешков. А, ну и разумеется, у всех были синие глаза.

— На кой-только черт им это делать? — Артемий принюхался и закрыл рукой нос. — Или, они не только слепые, но еще и запахов не чувствуют?

— Вот в этом я очень сомневаюсь, — ту же ответил я, сжимая клинок. — Вон, посмотрите!

Я указал кивком на группу одержимых, которые принюхивались, как будто они почуяли что-то чужое. А затем, они начали шипеть. Всей кучей. Это был ужасный… очень ужасный и давящий на нервы звук.

Бобер, который был все это время около моих ног, встал на задние лапы и зашипел в ответ. Была бы моя воля и было бы у меня время, я бы прибил его лопатой.

Одержимые одновременно повернулись к нам.

— Вот сука, — прошептал Владимир Ильич. — Отходим… медленно отходим…

Повторять дважды нам не пришлось. Только вот Юлия Потака сама нас остановила, заявив, что у места, откуда мы пришли, тоже копошатся синеглазые. И по итогу, мы просто оказались в ловушке.

Когда одержимые взяли нас в кольцо, и я начал мечтать о пулемете в руках, синеглазые одновременно выставили перед собой руки и замерли.

— В целом, — заговорил я. — Мы можем попытаться прорваться, только терзает меня смутное сомнение, что мы физически не справимся со всеми, если она нападут одновременно.

— Я тоже так думаю, — согласилась Вика, выставляя перед собой клинок, кончиком лезвия в сторону ближайших противников. — Что делать-то будем?

Я только было собирался открыть рот, чтобы предложить напасть самим, как из неоткуда появился голос. Чужой. Властный. И очень знакомый.

— Ты принес мою кровь, иномирец?