Книга Одиночка. Том 8, страница 63 – Дмитрий Лим

А Рикардо думал. Думал о том, что скажет Громову. О том, как он отреагирует. О том, поверит ли он ему. О том, не убьёт ли он его на месте, как только узнает, что он приехал от Управления.

«Привет, я Рикардо, меня послали тебя убить, но я подумал, может, лучше будем друзьями?» — отличная речь.

«Сеньор Громов, я предлагаю вам альянс против межпространственной корпорации, которая считает нас обоих бактериями» — чуть лучше, но звучит как начало плохого сериала.

В реальности всё будет иначе. В реальности не будет речей. Будет взгляд. Оценка. Решение. Два хищника, которые принюхиваются друг к другу через клетку.

— Босс, — Кармен прервала его размышления. — Мы над Европой. Через два часа — Питер.

Он кивнул и посмотрел в иллюминатор. Внизу белела Россия. Снег, лед, бесконечные просторы. Всё то, чего он боялся с детства. Холод, который не просто замораживает тело — он замораживает душу.

— Оденься, — сказал Рикардо Кармен. — И скажи Хавьеру надеть штаны. Тут не Медельин.

— Он отказывается, — Кармен закатила глаза. — Говорит, что его кожа закалена солнцем Амазонки и ей не страшен никакой снег.

— Его кожа закалена, а вот его яйца — нет, — буркнул он. — Скажи ему, что если он отморозит себе задницу, я не буду её отогревать.

— Я передам, — хмыкнула Кармен.

Самолёт начал снижение. Руки Рикардо сжались на подлокотниках. Внутри всё натянулось, как струна перед ударом.

«Громов, — подумал он. — Я иду. И я несу тебе не смерть, как обещал Волкову. Я несу тебе выбор. Тот же выбор, что получил сам: быть пешкой или стать игроком. Надеюсь, ты выберешь правильно. Потому что если нет…»

Он не закончил мысль. Не хотел. Некоторые вещи лучше не формулировать даже в голове.

Колеса коснулись взлётной полосы. Самолёт тряхнуло, и Рикардо чуть не прикусил язык. За окном кружился снег, ветер выл, как стая голодных волков, а на часах было три часа ночи.

— Добро пожаловать в Россию, — пробормотал он, глядя на белую пустошь за иллюминатором. — Страна медведей, водки и ходячих аномалий.

Кармен обмотала лицо шарфом и выглянула в окно.

— Почему тут так бело? — спросила она с ужасом. — Это… это же конец света!

— Это зима, детка, — Хавьер, наконец-то надевший штаны, похлопал её по плечу. — Привыкай.

— Я ненавижу зиму, — прошипела Кармен. — Я ненавижу снег. И я ненавижу тебя, босс, за то, что ты притащил нас сюда.

— Взаимно, — усмехнулся Рикардо. — Но сначала — дело. Нам нужно добраться до Новгорода. Это юг отсюда, часа три на машине.

— У нас нет машины, — напомнила Изабелла.

— У нас есть кое-что получше, — он достал из кармана жетон — артефакт связи, который ему дали в Управлении. — Я вызову транспорт. Они должны нас встретить.

Эль Ключе активировал жетон. Тонкая золотая нить потянулась от него куда-то в снежную мглу. Через минуту вдали замелькали фары. Два черных микроавтобуса с тонированными стеклами подъехали к самолёту и остановились.

Дверь одного из них открылась, и из неё вышел человек. Невысокий, коренастый, в длинном чёрном пальто и шапке-ушанке. Его лицо было красным от мороза, а глаза — колючими, как ледяные крошки.

— Эль Ключе? — спросил он с сильным акцентом. — Рикардо Эрнандес?

— Он самый, — Рикардо кивнул, спускаясь по трапу. Ноги тут же провалились в снег по колено. Холод ударил в лицо, как кувалда. — Ты от Волкова?