Книга Одиночка. Том 8, страница 38 – Дмитрий Лим

— Он заслужил свой 404, — я поднялся. — Ладно. Пора заняться скучной рутиной. Деньгами. Политикой. И сестрами бизнес-партнёров.

* * *

Столовая встретила меня ароматом дорогого кофе и звуками тихой ругани. Дима Крог сидел за столом, перед ним высилась стопка папок, и он методично закидывал в себя кофе, как топку кидают уголь. Напротив него сидела Катя Крог.

Она изменилась. Нет, не внешне — она всё так же выглядела как модель из глянцевого журнала, которой по ошибке выдали лицензию на убийство. Изменилась её аура. В ней появилась какая-то… цепкость. Хищность, которая раньше была просто игрой, а теперь стала сутью.

Когда я вошёл, оба посмотрели на меня. Дима — с обычной ухмылкой, Катя — с тем самым оценивающим взглядом, от которого у меня между лопаток пробегал холодок.

— О, ходячий Чернобыль! — поприветствовал меня Дима, поднимая чашку. — Ну наконец-то. Я думал, ты там в Гатчине разнёс ещё один мир, пока меня не было.

— Почти, — я сел во главе стола. Налил себе кофе из кофеварки. — Какого хрена ты тут делаешь в такой час?

— Жду тебя, естественно, — Дима откинулся на спинку стула. — Саш, у нас проблемы. Радуйся, они финансовые.

— Я уже в восторге.

— В общем, план «Монополия» работает, — Дима достал из папки первый лист. — Север и восток зачищены. ОГО отступило, как мы и договаривались. Индийцы молодцы, потеряли только двоих, и то по глупости — один наступил на гвоздь, второй подавился самосой. Колумбийцы… ну, они колумбийцы. Они подожгли два склада, съели трёх мобов и умудрились профинансировать местную мафию, чтобы те не лезли в зону зачистки. Это, кстати, было гениально. Я записал это в расходы на «PR и работу с сообществом».

— Ты спонсируешь мафию за мой счёт? — уточнил я.

— Я минимизирую риски за твой счёт, — поправил Дима. — Разница есть. Но это не главная проблема. Главная проблема — это Гатчина.

Он положил передо мной распечатку графика. Красная линия взмывала вверх, как взлётная траектория истребителя.

— Твой энергетический выброс, Саня, зафиксировали в Москве. Нет, не так. Твой выброс зафиксировали на Марсе. Шучу. Но серьёзно, Совет в панике. Они думают, что ты разработал новое оружие массового поражения. Игнатий отбивается, как может, но давление огромное. ОГО требует отчёта. Москва требует допуска к твоим объектам. И, если честно, я не знаю, сколько ещё мы сможем тянуть резину.

— Пусть требуют, — я отпил кофе. Горький, горячий, с привкусом жжёной резины. Как я люблю. — У нас есть монополия на моб-энергию. Если они захотят, чтобы их заводы работали, им придётся договариваться с нами. А не мы с ними.

— Это верно, — кивнул Дима. — Но есть нюанс. Москву волнует не только энергия. Их волнует, что ты — ходячая аномалия. Ты светишься, Саня. Буквально. И люди начинают это замечать.

— Я знаю, — я посмотрел на свои руки. Свечение стало чуть слабее, но всё ещё было заметно. — Я работаю над этим.

— Работай быстрее, — Дима допил кофе и встал. — Ладно, я поехал. У меня встреча с поставщиками из Колумбии. Они хотят обсудить скидки на мачете. Если что — звони.

Он вышел, бросив на ходу:

— Катя, не сожри его. Он нам нужен живым.

Дверь закрылась. Мы остались вдвоём.

Катя Крог сидела напротив и смотрела на меня. Её тёмные волосы были распущены, на губах — лёгкая улыбка, а в глазах — тот самый голодный блеск, который я видел в кремле. Только сейчас он был сильнее. Намного сильнее.